– ГП означает не Гаргантюа и Пантагрюэль, – уточнила Гортензия, показывая на марку на пакете, – а «Гиперпромо». Это не означает, что они плохие, просто дряблые, безвкусные и вообще ужасная гадость.

– И вряд ли пришлись бы по вкусу Гаргантюа и Пантагрюэлю, – заключил Танкред, наливая себе чай.

– По моей теории, «Гиперпромо» – подставное лицо.

– Да? А ГП – тайный код?

– Почему бы нет? – сказала Гортензия. – Гадкий и Противный, например.

– Горячий и Пылкий, – выпалила Беттина.

Не сговариваясь, они продолжали в два голоса:

– Гордость и Предрассудки.

– Гормоны и Презерватив.

Шарли нахмурилась.

– Горчица и Перец, – продолжил Танкред, надкусив булочку. – Гиппо и Потам. – Он улыбнулся Шарли. – Громила и Принцесса. Гора и Пригорок. Голодранец и красавица.

– Красавица на П?

Все засмеялись, кроме Роберто, который ждал, чтобы ему соблаговолили освободить стул.

– Мелкие не спустились?

– Они еще спят.

– Парижане не могут устоять против воздуха океана, – изрекла Энид.

Танкред поднял воротник своего халата и встал со стула.

– Ветерок… Пойду оденусь.

– Тебе холодно? – спросила Женевьева.

– Парижане не могут устоять против воздуха океана! – фыркнул он и скрылся за башенкой.