Женевьеве пришлось собраться с силами и ответить:

– Да.

Дария сморщила нос, ковыряя песок большим пальцем правой ноги.

– Тебе не кажется, что он странный парень?

– Нет…

– Он говорит, что ему двадцать лет. По-моему, врет.

«Еще как!» – подумала Женевьева.

Дария заметила мелькнувшую в ее глазах улыбку. Улыбку, означавшую, что она ничего не понимает, и это ужасно.

– Ты бы осторожней. Ты с ним уже встречалась?

В эту минуту как нельзя более кстати подошли остальные.

– Эй! Скорей, Дария!

Они помахали той, что сегодня днем продавала им мороженое, и ушли тесной кучкой. Женевьева им позавидовала.

Она ждала долго, очень долго. Было почти совсем темно, когда она ушла, продрогшая от вечернего ветра, с пляжа парусной школы.

* * *

«Бык на веревочке» был одним из бистро, куда все окрестные банкиры, страховые агенты и оценщики с аукционов приходили в обед поесть и поговорить о делах. Юпитер работала там пять дней в неделю до последнего клиента.

Четверых детей встретила Рене, метрдотель.

– Юпитер? – спросила она не особо любезным тоном – видно, слишком много улыбалась, бегала, обслуживала и благодарила.

У нее были обвисшие черные волосы, складки в уголках рта и морщинки у глаз.

– Если она не хочет вылететь с работы, в ее интересах найти хорошее оправдание для начальства. Сегодня мы вкалывали без нее!

– Мамы здесь нет? – удивилась Дезире. – Где же она?