– А ты не хочешь? – подозрительно спросила Энид.

– Я разорилась. Пора бы тете Юпитер вернуться с работы, или тебе в самом деле придется сесть на пол в галерее с протянутой рукой.

– Если мама не идет к нам, то мы пойдем к маме, – объявил Гарри. – Все в «Быка на веревочке»!

– Ага, – поддержала его сестра. – Она нам так обрадуется. Настоящий сюрприз. Будет очень весело.

Гортензия сильно сомневалась, что Юпитер будет рада видеть весь свой выводок, запыленный и перепачканный мороженым. Но на войне как на вой не. У нее не было больше ни гроша. Следовало сообщить об этом верховному главнокомандующему.

– А далеко этот «Бык на веревочке»?

– Да нет, – сказал Гарри, потирая пальцем щеку (мороженое разбудило притихшую было боль). – Обратно через пассаж, потом по улице Вивьен… и это в двух шагах от Пале-Рояля.

10 Париж со вкусом жавелевой воды

10

Париж со вкусом жавелевой воды

Женевьева поторопилась убрать гигантский пластмассовый рожок и настоящее мороженое внутрь киоска, захлопнуть ставни и закрыться. Она склонилась к стеклу витрины, убедилась, что прическа держит ся, сменила брюки на юбку – которую положила в пакет «Гиперпромо» утром, уходя из дома, – вышла и взяла курс на парусную школу.

Она старалась не бежать. Просто шла. Но быстро.

Мачты яхт позвякивали, как тысячи колокольчиков на ветру. Она сразу увидела, что никто ее не ждет, и чуть было не повернула назад, чтобы прийти второй раз. Но осталась ждать, полусидя, полустоя, прислонившись к борту наклонившейся лодки.

Она видела первые возвращающиеся суда. Последних пловцов. Горизонт, к которому все ниже клонилось солнце. Спасателей, спускавших зеленый флаг и писавших на черной доске сводку погоды и график приливов на завтра.

– Ты одна? – спросил голос за спиной.

Дария. В цельном купальнике. То есть практически с голой грудью.

Женевьева привстала и улыбнулась:

– Ты тоже одна?

Большим пальцем через плечо Дария показала на своих друзей, она просто обогнала их. Она остановилась и спросила:

– Ждешь Виго?