Можно ли посредством бумаг рационализировать маломощные хозяйства? — Нет.

Деревне нужны мощные факторы экономического порядка, а не руководство бумажными отношениями. Экономический фактор сам притянет крестьянина-индивидуалиста к рационализации маломощных хозяйств и коллективизации. Центроколмассовский аппарат и его периферия поглощают те средства, которые бы возродили крупные экономические факторы.

Вот где истинная причина оскорбления мною центроколмассовских работников, а отнюдь не в подрыве авторитета работников, которые, к слову сказать, на периферии не пользуются авторитетом. Сам «Центроколмасс», по-моему, есть ненужная надстройка к ряду других учреждений.

Отсюда и озлобление ко мне, высказавшему подобные мысли. А что предосудительного в том, что я фигурально стремился изобразить корову, которую посасывают центроколмассовцы? Я делал это не для того, чтобы оскорбить кого-либо, а убедить.

По существу второго пункта, по поводу подрыва выдвиженчества, скажу одно: я за выдвиженчество, но не за такое. Я против выдвижения ради бороды и мужицкого вида. В этом я предусматриваю некоторый русский паскудный патриотизм: если раньше говорили: «шапками закидаем», то нынче можно сказать: «управляем посредством лаптей и длиннобородства». Это не достижение, а невежество. Надо выдвигать за крепкий ум, а не ради длинной бороды».

Авенир Евстигнеевич перечитал заявление несколько раз, не решаясь его подписать. Он думал о том, насколько правильно высказал свой взгляд и приемлем ли он с марксистской точки зрения. Но так как марксизм он воспринял только чутьем, а не постиг разумом, то размышления ни к чему не привели. И он крупными буквами подписался, делая росчерк завитушкой: «Авенир Крученых».

ПОЕЗДКА НА ПЕРИФЕРИЮ

ПОЕЗДКА НА ПЕРИФЕРИЮ

Если в жизни ты бредешь узкой тропинкой, да будет благословен путь твой: ибо каждая корова, возвращающаяся из стада, бредет тропою своею.

Нина Рытова. «Записки простодушной путешественницы»

По неизвестной причине пора любви и весеннего расцвета — май месяц — омрачена народной пословицей: «Месяц май, коню корма дай, а сам на печь полезай». Больше того, если майская погода, действительно, загоняет людей на печку, то подобный порядок природы не омрачает людей: «Май холодный — год хлебородный», — говорят они, кутаясь в зимние полушубки.

Если дородные мужики в мае одеваются в шубы и залезают на печь в теплый уют и покой, то кволый и слабогрудый городской народ покидает в мае душный город и стремится в дачные места, в сосновые боры или в просторные степи.