Что произошло, когда Джанин исполнилось 34 года?

«После этого я действительно задумалась о своей матери, – признается она. – Многие годы я могла говорить о ней без слез и очень разумно подходила к фактам. Но когда мне исполнилось 34 года, и я и не умерла, смерть матери очень расстроила меня». Пережив возраст матери, Джанин перестала зацикливаться на собственной смертности и впервые смогла оплакать маму. Она также поняла, что живет без планов и достигла возраста, которого не думала застать. Джанин с иронией вспоминает: «Когда мне исполнилось 34, передо мной внезапно распахнулось будущее. Но понять, что с ним делать, – совсем другая история. Мне понадобилось пять лет, чтобы составить план. В 39 лет я лишь готовлюсь его воплотить. И беспокоюсь о потерянных годах. Мне кажется, что, если я не воплощу быстро свои идеи, в 60 лет буду жить на улице».

Страх Джанин, связанный с сокращенным будущим, нередко встречается среди женщин без матерей. Поскольку родитель того же пола выступает в качестве естественного буфера между ребенком и его смертностью, пока мать жива, именно жизнь, а не смерть отражает будущее дочери. Когда этот барьер исчезает, дочь осознает неизбежность и реальность смерти. Потеряв маму в юном возрасте, девочка также теряет способность воспринимать свое взросление. Если мать умирает или уходит из семьи в 46 лет, она может оставаться образцом для дочери лишь до этого возраста. Вместо того чтобы представить себя 73-летней матерью семейства, дочь считает раннюю смерть потенциальным или неизбежным будущим.

Психологи Вероника Динс-Радж и Ховард Эрликмен проверили эту теорию, сравнив группу студентов колледжа Нью-Йорка, потерявших родителей в раннем возрасте, с группой студентов, чьи родители были живы. Они попросили всех студентов предположить, сколько лет они проживут, полагаясь на объективные критерии вроде генетики, перенесенных заболеваний, слежения за здоровьем сейчас и в прошлом. В среднем студенты, у которых родители были живы, назвали цифру 79 лет, а студенты, потерявшие родителей, – лишь 72 года.

Расхождение между группами стало еще более впечатляющим, когда участников попросили сделать ту же оценку на основе своего «внутреннего ощущения» – надежд, страхов и мечтаний. На этот раз участники, у которых были родители, оценили собственную продолжительность жизни более оптимистично – 83 года. Те же, кто рано лишился родителя, предположили, что проживут в среднем на 15 лет меньше – 68 лет. И снова эмоции одержали верх над разумом. Даже те студенты, чьи родители умерли из-за несчастного случая и не могли передать детям вероятность в генетическом плане, ожидали ранней смерти. Вот насколько сильным может быть влияние родителей.