– Сейчас Пых придет, будем завтракать, – буркнула она.

– Какой Пых?

– Ну, я Серого Странника так зову.

– Это собаку или кошку так звали? – поинтересовался я.

– Нет, просто он пыхает все время своей трубкой, надоел уже.

– А он знает о том… Про Юлю знает?

– Нет. И ты ему не говори.

Вот так и переворачивается представление о мире. Еще вчера я брел в виртуальной игре, выполняя дурацкий квест, крафтил виртуальные ништяки в надежде заработать несколько тысяч золотых монет, чтобы оплатить игровой аккаунт и лечение. Путалась у меня под ногами непись в виде смешной девочки. А теперь что? Выходит, эта девочка вот так запросто может кого угодно в реале пришить за здоро́во живешь. Да что там, убить – она же черт знает чего может сотворить. А главное, непонятна ее мотивация и мораль. Раньше как-то я в морализаторстве замечен не был, но вот сейчас почему-то эта штука напару с совестью показались мне не самыми лишними вещами в нашем мире. Чисто из вопросов безопасности.

Мои размышления прервал Панарин, вошедший, пригнувшись, под низкие своды грота. С его шляпы свалился пласт снега.

– Пых, мог бы и на улице отряхнуться, – строго сказал Шая.

Панарин смущенно глянул на меня:

– Надеюсь, это прозвище не покинет круга нашей милой компании, – вкрадчиво попросил он. – Будем ждать окончания снегопада, да и тебе надо сил набраться еще денек-другой.

– Я вот чего не понимаю, – спросил я, когда мы по очереди черпали кашу из котелка, – мне говорили, что до сих пор через перевал никому пройти не удалось. А я со своим первым уровнем и практически безоружным вон куда уже добрался.

– Не очень-то ты и добрался, – прищурилась Шая, дуя на ложку.

– Это другое, – отмахнулся я, – личное, можно сказать.

– Проблемы начинаются дальше, – ответил Панарин, – и проблемы серьезные. До сих пор путь свободен.

– Как это, свободен? А мертвяки?

– Какие мертвяки?

– На пути сюда целая армия зомби встретилась.