Лучшие свадьбы бывают ранней осенью, но, видимо, придётся создавать новую традицию.

* * *

— Я уж и не думал, что ты почтишь вниманием моё скромное заведение. — Магнасий рассмеялся, радости своей он перед гостем не скрывал. Ещё бы! Такого, как Аридис, плохо встретишь, считай, весь год прожит зря.

Он — устроитель празднеств, от его решения зависит всё. Может купить, а может и не купить специально обученного раба для будущего представления. Таких, как Магнасий, в предместьях Каракаса ещё семеро. Есть, из кого выбирать.

— Неужели я забуду своего Магнасия? — Аридис довольно сухо отозвался на приветствие хозяина, но позволил приобнять себя за плечи, твёрдым рукопожатием сдавил протянутую ладонь. Они с самого начала знакомства, несмотря на внешнюю несерьёзность Магнасия, были честны друг с другом. Магнасий, предлагая товар, не скрывал его качества, а Аридис, зная это, никогда не скупился с оплатой. Ему что? Деньги из казны Правителя!

— Не тебе ли я обязан своим Антирпом?

— О! — Магнасий снова рассмеялся. — Скорее не мне, а моему Урсалу! Он готовит моих воинов, ему стоит сказать спасибо.

— А второго Антирпа он к этим играм не подготовил? — Аридис улыбнулся в ответ. Лицо его, сухое, костистое, с болезненной желтушностью, говорило о въедливости, осторожности, расчетливости. Аридис и был таким. Его не проведёшь, не обманешь. Он, как охотничья собака, чует, кто перед ним. Он и на Антирпе — никому не известном дикаре с Тиморских островов — сделал себе такую популярность, что вот уже как три года подряд остаётся главным устроителем праздничного представления. А раньше Правитель каждый год назначал для этого новое лицо из жреческой коллегии.

А какая интрига с этим Антирпом!

Каждый зритель уже спешит на игры не ради утоления скуки, а чтоб видеть, найдётся ли воин, способный одолеть непобедимого великана. Ставки измеряются тысячами. Уже сейчас ходят слухи, что в этом году Отец Воплощённый одарит Антирпа свободой. Вполне справедливо: три года победитель — получай из рук Правителя браслет вольноотпущенника и меч впридачу. А меч здесь — больше символ, так как только свободный человек может носить оружие.

— Я покажу тебе всех, кто может представлять хоть какой-то интерес. — Магнасий вёл гостя за собой. С Аридисом прибыла и своя охрана, несколько вооружённых воинов, слуги, а рабы-носильщики, прикованные тонкими цепочками к роскошным носилкам, остались у витой решётки поместья.

День был сырым и ветреным — обычная погода для первых чисел ноября. Магнасий чувствовал себя неплохо под тёплым шерстяным плащом, а вот Аридис мёрз, всё кутался в лёгкий плащик из дорогой тонкотканой шерсти и зябко поводил плечами. Не думал, видимо, что сразу поведут на двор смотреть товар.