— А тебе… со своим… бояться нечего… — Кэйдар говорил громко, а вот ответная реплика Айны прозвучала беззвучно.

— Я найду её, всё равно найду! — заметив Лидаса, Кэйдар чуть сбавил тон, откинулся на спинку стула, вытянутыми руками упираясь в край стола. Айна сидела, на брата не глядя, глаза, опущенные вниз, наклоненная голова, а пальцы нервно дёргали цепочку на груди, с пластинкой украшения.

Айна редко выходила к общему столу, она вообще почти не появлялась. Бывало, проходили дни, когда Лидас не виделся с ней ни разу. Ни разу! С утра и до ночи! Как мужа его не в чем было упрекнуть, но всё больше Лидасу казалось, что Айна сама избегает его. Она отдалилась ещё больше, чем это было когда-то. Стала какой-то чужой, непонятной, постоянно задумчивой. Перестала шутить и смеяться. Даже во взгляде её появилась какая-то незнакомая ранее сосредоточенная серьёзность. Вот и сейчас Айна встретила Лидаса всё тем же взглядом, отстранённо-спокойным, равнодушным. Даже не улыбнулась, как бывало, при встрече.

Лидас склонился поцеловать жену, но Айна даже щеки не подставила. Губы коснулись мягких волос над виском, как раз рядом с тканью лёгкой накидки.

— Добрый день, ну, как ты? — Вопрос вырвался сам собой. Лидасу большого труда стоило справиться со смущением.

— Как всегда. — Айна недовольно плечом дёрнула, продолжая смотреть мимо Лидаса.

— Стифоя сказала, ты выйдешь сегодня к обеду. Я принёс тебе подарок. Я давно тебе ничего не дарил… — Лидас положил перед Айной прямо на стол, отодвинув тарелку и салфетку, небольшую резную шкатулку из иданского чёрного дуба. Она одна стоила не меньше тысячи. Но Айна даже глаз не подняла, выдохнула почти беззвучно:

— Спасибо…

— Ты даже не откроешь?! Не посмотришь?! — Лидас удивлённо и разочарованно вскинул брови.

— Я же сказала, спасибо, Лидас! — Голос Айны стал выше, а пальцы стиснули цепочку у самого горла так, что суставы побелели. — Я передам в храм для жертвы…

— В храм?!! — Лидас возмущённо сверкнул глазами. — Этому ожерелью цены нет! Ты только взгляни! — Рванул крышку шкатулки. — Это виэлийская работа! Еле нашёл! Ты же любишь такие… виэлийские…

— Не виэлийские — марагские, — перебила его, поправляя, Айна.

— Какая разница?!

— Не дари мне ничего больше! — Айна подняла глаза на Лидаса, глядя ему в самые зрачки, медленно и твёрдо добавила:- Я больше не ношу никаких украшений. Никаких, слышишь! Все твои подарки… Всё, что ты дарил… Мне ничего не надо!

— А это как же? — Лидас растерянно моргнул, опустил взгляд ниже, на руку Айны, стиснувшую золотую пластинку с чеканкой узора.