— Его нужно взять за плечи сзади, очень крепко обнять, чтоб и двинуться не мог. Да-да, вот так! Нечего ему в угол прятаться… — Сам Лил, отдавая распоряжения, всем весом своим придавил марагскому царевичу колени, так, что тот оказался, как в капкане. Поймал Виэла за руку, осторожно и крепко. При виде ножа, которым Лил принялся надрезать повязку, мараг судорожно забился в глупой попытке освободиться, а потом обмяк, обессилел и просто закрыл глаза.

— Тихо, парень! Чего ты? Никто тебя мучить не собирается… Отмучился ты уже своё — хватит! — Тюремный смотритель держал крепко, мёртвой хваткой, а со стороны казался худым — одни жилы! — Он, господин, этой-то ночью ой как метался, бредил всё, звал кого-то, и госпожу нашу тоже звал… Я уж думал, и не доживёт до утра… демонам достанется… Так бился, так рвался, всё подняться норовил, да всё на эту, вот, руку опирается…

— Я и вижу, кость опять сместилась, — заметил недовольно Лил. — Держишь хорошо? — Не дожидаясь ответа на вопрос, одним рывком выровнял кости. Виэл коротко взвыл сквозь зубы, попытался оттолкнуть Лила, но надзиратель, повисший на плечах, не дал даже сдвинуться. — Терпи! Терпи… Или хочешь калекой на всю жизнь остаться?

— Да он же всё равно ничего сейчас не понимает, — сказал с усмешкой надзиратель, глядя, как Лил приматывает к руке марага деревянную планку влажной тряпкой.

— Всё он понимает! Он ещё шороху наделает, этот мараг. Такого легко не сломать…

— А это зачем? — Невольный помощник Лила с удивлением смотрел на белые мельные капли, выдавливающиеся при перевязке.

— Это горный мел… — ответил Лил, перекрывая влажный бинт сухой тряпкой. — Или гипс… Моя придумка! Ему только высохнуть надо дать, и тогда он твёрдый будет, как камень… Ко́сти не сдвинуться…

— А снимать потом как же?

— А это, точно, потом! — Лил рассмеялся с усталым облегчением. — Ножом можно или ножницами… Не бойся, это не на всю жизнь…

С пальцами на правой руке было посложней. В прошлый раз Лил торопился, повязку наложил наспех. Сейчас же он не спешил, работал аккуратно.

Мизинец пострадал особенно сильно, сустав вообще оказался раздавленным, его уже не вылечить. Он заживёт, конечно, но не будет нормально сгибаться, так и останется полусогнутым. У безымянного пальца очень сильно распух первый сустав. Осторожно прощупав опухоль, Лил с громким хрустом и судорожным воем Виэла вправил кости на место. Здесь всё будет нормально, боль и опухоль пройдут, и не вспомнишь потом.

Средний палец Ликсос при пытке вообще пропустил, а вот указательный был сломан в двух местах. Это плохо, хорошо лишь одно, что кости не раздроблены, их можно попробовать залечить.