– Я найду её? Когда?

– Правильный вопрос, милорд.

– В этом месяце?

Он сразу же вытащил и показал ей обратного келпи.

– Нет, – вздохнула Валь. – Не в этом. Не спешите. По вашей линии любви я уже могу предположить, когда это будет, но…

– Так говорите! – порывисто сказал граф.

Здесь у Вальпурги тоже не было толковых задумок. Ей было безразлично, когда он там что найдёт, и оттого она воспользовалась тем самым расчётом, что у неё получился по книжке «Хиромантия для начинающих и продвинутых»:

– Где-то от трёх до пяти месяцев, если смотреть от этой недели, милорд.

В его рубиновых глазах зажёгся интерес. И он протянул:

– Это ведь совсем недолго.

– Да, поэтому просто продолжайте делать то, что делаете, и не задумывайтесь.

Вампир кивнул и рассеянно уставился в сторону. И пробормотал ожесточённо:

– Дождались бы они захода солнца…

Уж кто не мог бы усидеть за стенами, так это Лукас. От фельдмаршала Юлиана и от Экспира директивы были весьма прямые и понятные: не пытаться кровью и потом удержать высоту и Девичью башню. Если что, уходить за стены. Но Лукас сперва волновался, что в башне останется ненаглядная его баронесса, а потом, когда обнаружил там лишь старого пьяного виконта Моррва, решил, что всё равно не имеет смысла раньше времени сдавать высоту. Он сказал Юлиану, что будет оставаться над кладбищем столько, сколько потребуется. Тем более, с ним бок о бок собирался сражаться сам сэр Моркант Умбра. Это ли не триумф – взять местного героя на свою сторону!

Пальба орудий продолжалась несколько часов, пока не схлестнулись авангарды стрелковых расчётов. Предгорья за стенами Брендама к западу от северных ворот и к югу от кладбища Моррва превратились в поле ожесточённой схватки. Воздух прогорел порохом. Ноздри щекотал едкий дым, а в черепе непрерывным эхом отдавались выстрелы. Обложенное тучами небо опускалось всё ниже и ниже. Ноги сжимали бока Фиваро, его верного рыцарского скакуна. Тот даже не вздрагивал от грохота. Только иногда раздувал розовые ноздри, принюхиваясь к знакомому аромату войны.

Намётанным глазом Лукас следил, когда ружейники отстреляются. Нужно было не упустить момент и обрушиться его небольшим конным отрядом прямо туда, где виднелись штандарты Харцев – красный грифон на золотом поле. Лукаса будоражила мысль о том, что он отыщет короля Адальга. И убьёт его. Или пленит. Этот слабовольный мерзавец не только нарушил клятву, данную его брату, но ещё и хотел дать добро на сожжение целого Юммира. Рано оставшийся без родителей, он вырос избалованным семью няньками и своей тёткой, и оттого, похоже, не знал, каким должно быть мужчине. Зато ещё как умел красоваться на своём рыжем и напрашиваться на сшибку!