Лукас всегда был известен своими ловкими фланговыми заходами. Нынешний можно было считать даже не самым дерзким. Но сердце грохотало в груди, мышцы налились мощью, и страсть галопа под его седлом выносила его всё дальше. Вместе с Моркантом они взлетели выше, на гребень холма, с которого командовал Адальг. Последние соратники растворились за их спинами. И только один ориентир оставался неизменным – золотой стяг.

Отсюда было видно, что пехота эльсов решительно обрушилась на основной фронт. От натиска линия отрядов прогнулась, давая возможность освободиться конным ополченцам. Но они шли бы сюда слишком долго, чтобы поймать Адальга.

А Лукас с воплем расшвырял его гвардейцев и сшибся с ним, мощным ударом по щиту едва не уронив его на круп. Но Адальг не зря слыл неплохим рыцарем. Его золочёная броня, охваченная алым плащом, и забрало в виде клюва грифона видели не один турнир. Несмотря на оплеуху клинком, он удержался и выслал своего рыжего вперёд, чтобы быстро развернуться и нагнать Лукаса. Тот едва успел встретить его лицом. Его спас разворот корпуса и поднятый щит, и от налёта он тоже чуть не рухнул назад. Но Фигаро умело качнулся в противоположный бок. Славный конь умел уравновешивать седока и, почуяв, что тот в норме, быстро вырываться вперёд, создавая с противником дистанцию.

– Я тебя р-р-разорву! – гаркнул Лукас и крутым виражом опять столкнулся с ним лицом к лицу. Они врезали друг по другу мечами и вновь разлетелись кто куда, восстанавливая равновесие. Солнечный рыцарь слепил взор, его багрянец и золото сливались с рыжей шкурой коня и рубиновой попоной, что закрывала скакуну всю морду. Безумие огненного жеребца сверкало через тёмные зенки, открытые благодаря кружкам, прорезанным в ткани. Лукаса такие тряпки на лошадях всегда смешили. Он одевал Фиваро лишь в доспехи, и это было куда честнее. Сам закован – защити и коня.

– Я даже не знаю, кто ты! – высокомерно расхохотался монарх и лихо повернул скакуна одними ногами. Тот взбил фонтан земли и попытался протаранить Фиваро в плечо. Но Лукас не побоялся за устойчивость своего коня и не пропустил удар. Он вышиб из короля спесь, он вломил ему скользящей атакой по шлему. С того срезался пышный бело-красный плюмаж; Адальг сдавленно охнул под бронёй.

– Я – сэр Лукас Эленгейр, которого ты хотел сжечь в Юммире вместе со всеми жителями! – прокричал Лукас. И в запале он врезал куда слабее, чем получил. Прогрохотали щиты и клинки, и Лукас едва не завалился из седла. Фиваро отчаянным прыжком в сторону помог ему выровняться. И чуть не напоролся на алебарды гвардейцев.