К моменту, когда мы приходим в покои, подготовленные для новобрачных, у меня уже получилось бы согнуть колено, но пока я не желаю, чтобы Аэрт знал об этом.

Стража расступается, двое детин помогают открыть дверь, огненный кот вносит меня в заставленное цветами помещение, пересекает несколько комнат и укладывает меня на широченную кровать. Сам Аэртер садится на край ложа, оперев локти на колени и нервно сцепив пальцы.

— Я хочу, чтобы ты знала, — начинает он и запинается. — Я… Я бы никогда так не поступил, если бы был другой выход.

Его голос звучит так надломлено, что на мгновение тоска затапливает мое сердце. Да, наверное, это действительно так. У него не было другого выхода. Он желал прекратить кровопролитную войну. Желал остановить убийство своего народа. Но от этого мне не легче. Когда-то Аран ХегАш принес в жертву себя, пытаясь защитить свой народ, Аэртер Аверос же выбрал принести в жертву меня.

— Я знаю, — тихо отвечаю я, немного повернув голову в его сторону.

40

Он резко оборачивается и вглядывается в мое лицо.

Мне сложно признаться даже самой себе в том, что я практически не лгу. И мне нужно выбираться отсюда, поэтому… Все еще с трудом я протягиваю к нему руку. Огненный кот, к моему удивлению, тянется ко мне навстречу и льнет к ладони гладко выбритой щекой.

— Простишь ли ты меня когда-нибудь? — прикрыв золотые глаза, спрашивает Аэрт.

— Уже простила, — я провожу кончиками пальцев по его лицу, повторяя изящную линию скулы.

Аэрт глядит на меня недоверчиво, но прикосновение не прерывает. Как же он красив! Но не стоит отвлекаться. Я уже чувствую, что могу шевелиться почти без дискомфорта. Объективность, которой сейчас обладает мой удивительно холодный разум, говорит мне, что победить огненного кота в реальной схватке я не имею ни малейшего шанса. Я знаю, что Аэрт в десяток раз быстрее меня, а значит, у меня будет лишь одна крохотная возможность. Мне нужно его перехитрить, обмануть. Но и на этот счет у меня нет иллюзий — Аэртер несомненно умен и так же не доверяет мне, как и я ему. Поэтому, нужно сделать все, чтобы он мне поверил. А во что верится лучше всего? Конечно же, в то, чего ты сам отчаянно желаешь. И мне остается только выяснить, чего желает Аэрт.

— Ты же знаешь, как я к тебе отношусь, — я осторожно подбираю слова. — Как я всегда к тебе относилась.

Огненный кот не сводит с меня взгляда, словно пытается забраться ко мне в голову. По его лицу я совершенно не могу понять, верит ли он моим словам.

— Мне горько, что это произошло так, — лучшая ложь та, которая максимально приближена к правде. — Но я рада, что это произошло.