Кирши напрягся, глаза открылись и недобро сверкнули.

– Всё в порядке?

Василиса кивнула:

– Он хочет помочь нам завтра. Судя по доспехам, затесался в одну из дружин. Возможно, у него и среди воевод или князей есть свои должники, но я не спрашивала.

– Ты доверяешь ему?

– Я… нет, но в этом он не врал. Он будет сражаться на нашей стороне. А уж какие у него причины для этого – его дело. Думаю, далёкие от благородных, но он отличный воин, а лишних рук у нас нет.

Кирши ничего не ответил. Присутствие Финиста ему явно пришлось не по душе, но и спорить он не стал, только плотнее укутал Василису в плащ. Сегодняшней ночью не осталось места для споров. Возможно, она окажется их последней.

От Кирши пахло потом и костром, но Василису это не беспокоило. Она вдыхала его запах, стараясь запомнить. Вбирала его тепло, стараясь оставить себе хотя бы малую его часть. Касалась губами его губ, стараясь нацеловаться на жизнь вперёд.

– Завтра, что бы ни случилось, выживи, – выдохнул Кирши ей в губы, и столько боли и надежды было в его голосе, что у Василисы зашлось сердце.

– И ты, – сказала она, сжимая в пальцах ткань его рубахи. – Не смей умирать.

Они скрепили свои обещания долгим поцелуем, который говорил об их чувствах больше, чем все существующие в мире слова. И Василиса всем сердцем молила покинувших их мир богов, чтобы эти обещания удалось сдержать.

– Хочу, чтобы ты знала. У нас было немного времени вместе, но каждый день, каждая минута, проведённые с тобой, стоили того. С момента, как я тебя встретил, и до сегодняшнего дня я благодарен за всё.

Слёзы застилали глаза, Василиса быстро их сморгнула и неловко рассмеялась, толкнув Кирши в грудь.

– Погоди, ещё успеешь от меня устать.

– Очень на это надеюсь, – улыбнулся он, и его синие глаза наполнились бесконечной нежностью, которая накрыла Василису с головой и согревала до самого утра.

* * *

Атли не заметил, как задремал, пригревшись у костра. После долгих обсуждений он вышел из шатра Дарена, чтобы проветрить голову, но в итоге сел на согретое пламенем бревно, и веки тут же сомкнулись, не выдерживая навалившейся усталости.

Чего Атли сейчас хотел меньше всего, это встречи с Вегейром в чертогах сна. Но отец решил иначе, бесцеремонно ворвавшись в сновидение. Солнечный луг, который привиделся Атли, окутало туманом, вокруг выросли каменные своды замка, а за спиной Вегейра, восседающего на троне, высилась мраморная статуя Великого Волка.

– Мои соглядатаи доносят тревожные вести. Что у вас там происходит? – недовольно начал король, опуская приветствие. – Решил напоследок поучаствовать в войне?