— Вот же сукин сын! — наконец Рис выдавливает из себя что-то кроме смеха. Чтобы я разобрала его слова, сказанные охрипшим голосом, Рис откашливается и ещё раз повторяет свою реплику. — Он говорил, что вернётся, если я снова примусь за своё, но чтобы так, исподтишка!

— О чём ты?

Рис резко разворачивается на пятках и возвращается к Розе. Набравшись смелости, я следую за ним. С каждым шагом, что становлюсь ближе к бездыханному телу, в голове всё сильнее слышен знакомый голос.

Лия и Роза обе блондинки. Обе хрупкие, худые и невысокие. Зрение, сговорившись с сознанием, играет со мной злую шутку: и вот на столе перед Рисом лежит не его возлюбленная, а моя лучшая подруга.

Сморгнуть видение удаётся только с третьего раза.

— Помнишь, я рассказывал тебе о Иезекииле, Зике? Своём помощнике, наставнике? Самом могущественном ведьмаке из тех, кого я знаю? — Я киваю. — Я не знаю, сколько ему лет. Каждый раз, когда спрашивал, он отвечал мне, что таких цифр ещё не изобрели. Знал, конечно, что он шутит, но было в нём что-то такое… — Рис передёргивает плечами. — Сложно объяснить. Однажды, когда он отвернулся, я открыл первую страницу его гримуара и увидел перечень имён: список с вычеркнутыми и обведёнными. Я потребовал ответа хотя бы на этот вопрос, и он объяснил, что все эти имена принадлежат ему. В каждом времени и в каждом новом мире он представлялся по-разному. Я знал его как Иезекииль, но и несколько имён из списка успел запомнить: Ширли, Закария, Миллуони, Эдзе…

У меня перехватывает дыхание. Рис ухмыляется, замечая мою реакцию.

— Я так понимаю, одно из них тебе знакомо?

— Эдзе, — произношу я. — Так его звали.

Рис разводит руками. Его догадка подтвердилась моими словами, и это радует его, но лишь на короткое мгновение. Когда взгляд Риса снова опускается на Розу, возвращаются и поджатые губы, и нервно дрожащие пальцы, и остекленевшие глаза.

А я вспоминаю о главном:

— Что сейчас происходит в бальном зале?

— То же, что происходило, когда ты ещё была в сознании, — безразлично произносит Рис. — Я не уводил химер прочь. Только одна помогла мне принести вас с Розой через портал, но потом и она вернулась обратно.

— И ты не собираешься это прекращать? — не унимаюсь я.

Рис отрывисто вздыхает.

— Мне уже всё равно, Апол… Слава. — Рис берёт ладонь Розы и прижимает к своим губам. — Она так любила меня, что была готова пожертвовать собой, лишь бы я добился того, о чём грезил. А теперь она мертва. — Рис переворачивает ладонь Розы внутренней стороной к себе. Узоры, которые он чертит на её коже пальцем, напоминают волны. — Как я буду жить без неё?