— Эди…

— Нет, я не осуждаю. Увы, но выбора особого не было. Да и это было моё вполне осознанное решение. К сожалению, факт остаётся фактом. Дяди нет, ребят из лагеря — тоже. Нет у меня друзей, нет родных, которым можно поведать самые печальные думы. Вы с отцом едва меня посещаете. И эти дни, что мы вместе, вы проводите вдвоём. Последние два человека, которым до меня есть дело, не замечают меня… И тем более вам так важно обсудить очередную новость об общих ваших знакомых, — пытался спокойно договориться младший, но его дрожащая губа и краснеющие глаза давали ясно понять, что всё отнюдь не так просто.

— Эди, прошу перестань нести эту чушь! Имей честь, совесть! Мы с отцом никогда не забудем тебя! Никогда не предадим! А ты такое тут смеешь говорить? — взорвался Зендей, гневными очами прожигая насквозь брата.

— Ты сейчас действительно хочешь выставить меня виноватым в том, что я делюсь своими мыслями? В том, что я в отчаянии пытаюсь тебе донести мою гореть? — Глаза Адияля уже заслезились. Он покачал головой и отвернулся, едва добавив из последних сил: — Прости…

Однако в душе юного парня по-прежнему осталась тоска, обида, боль, разочарование в себе, мире, судьбе… в близких.

— Хорошо. Но не говори так более. Мне это неприятно, — холодным безучастным тоном ответил Зендей.

Спасибо большое за столь великодушное прощение. Неприятно? Забавно. Мне ведь сейчас прям легко… Извинился я перед тобою не из-за чувства вины, а лишь потому, что не перенесу ссоры с тобой… И ещё этот твой холод в речи. Господи, за что… Говори уже так, как есть… — произнёс про себя Адияль.

Эти несколько недель для него и правда были отвратительными. После операции на Юге и потери в ходе неё практически всех своих друзей, получив психологическую травму и несколько тяжёлых физических, Адияль впал во мрак. Сначала он хотел поступить на службу, однако офицер не принял его в виду возраста. Далее он несколько дней гулял от одной гостиницы до другой, пытаясь разобраться в себе. Но письма отца и брата, всё преследовавшие его, заставили отречься от одиночества. Встретившись с семьёй, он присоединился к их похождениям, суть которых заключалась в сборе сведений по каждому частному батальону Невервилля.

IV.

Наутро они продолжили путь.

— Ночь уж больно холодной случилась! Чего мы не доехали до ближайшей гостиницы? — высказался Зендей.