— Не выходит… такое вот… то чувствую, то нет. Она где-то рядом, а пробиться не выходит. И с каждою минутой… будто что-то… не знаю, как сказать. Мешает? Как будто шепот в голову лезет. И такой сильный, что никак не отбиться. И того, другого, я тоже больше не чувствую. Он шел за Теттенике, смотрел, а потом раз и… оборвалось все.

— Он жив, — сказала Ариция. — И прячется. Но и все.

— Оживает, — Летиция облизала потрескавшиеся губы. — Они оживают. Они… и город тоже. Надо спешить.

— Может, ты опять кого из местных поднимешь? Пусть дорогу укажет, а?

— Я пробовала. Но они тоже ускользают.

— И что делать станем?

— Я могу на дерево взобраться, — предложил несолидный государь. — Или на крышу…

Брунгильда покачала головой.

— Так мы далеко не уйдем, — сказала она. — Часто придется взбираться. Да и не все-то видно.

— Есть другие предложения?

— Можно… — она почувствовала, как щеки полыхнули румянцем. — Попробовать. Путь открыть. Раз уж я пути открываю.

А то получается, что никакой-то от нее пользы. Кто-то драконом управляет, кто-то с покойниками беседует, а кто-то поднимает мертвых тварей.

Брунгильда же…

Она дочь Островов, моря и ледяного ветра. Камня, из которого родятся скальные сосны и люди, крепостью своей им не уступающие. Она… она должна сделать хоть что-то.

— Он ведь сказал, что я могу открыть путь, — она оперлась на секиру. — И если не из города, то туда…

Она махнула рукой.

— А получится? — с сомнением поинтересовалась Летиция. — А то ведь… мало ли где это «туда» будет.

Мудрослава просто кивнула.

Ариция задумалась.

— Я бы, пожалуй, рискнула, — сказала она. — Потому что сами мы тут можем блуждать до ночи. И потом еще столько же. И так до тех пор, пока нас все-таки не сожрут.