Как же, подумала я, вы же сами сбежали от нас, ваше высочество.

Но, конечно, ничего не сказала. От присутствия Феликса здесь, в тесном пространстве кареты, мне было не по себе.

Ренару, кажется, тоже.

Лин откинула капюшон и покорно опустила взгляд.

– Я должна сопроводить леди Лидделл домой, мой принц, и после этого…

– У леди Лидделл и без вас есть отличная компаньонка, – перебил ее Феликс, наклонив голову в сторону Ренара. Голос был холодным. – Способная, как я заметил, и раздобыть леди ужин, и отвезти ее домой. Вы разочаровали меня, леди Росиньоль, – сказал он с подчеркнутой печалью. – Но ради улыбки на бледном личике леди Лидделл я готов сменить гнев на милость. Если леди Лидделл окажет мне любезность.

Он замолчал, явно ожидая вопроса, но мы, все трое, дружно молчали.

Видимо, никто не знал, о чем лучше спрашивать.

– Посмею предположить, ваше высочество, – нарушил молчание Ренар, подчеркнуто рассматривая треуголку, которая лежала у него на коленях, – что леди Лидделл стоит улыбнуться.

– Вымученная улыбка – все равно, что поцелуй, сорванный насильно, – оскалился Феликс. Я не видела его глаз, но, кажется, чувствовала взгляд, застывший на моих губах. – Нет, я лишь предлагаю всем вам побыть сегодня гостями… у одного моего друга. Ничего предосудительного и неприличного, не пугайтесь, дорогая, – со смешком добавил он, словно угадав мои мысли. – Всего лишь камерный вечер, на котором, как я надеялся, леди Айвеллин развлечет нас музыкой. Видите ли, – сказал он, повернувшись к Ренару, словно нашел в нем собеседника более достойного, чем я. – Хозяйку дома, в который я хочу вас пригласить, мало что радует в этом мире. Музыка и живопись, а еще хорошее вино – те немногие вещи, что способны вызвать ее улыбку. Как хороший друг, я стараюсь приносить радость и, надеюсь, леди Лидделл оценит мое усердие в этом, смягчится и найдет в себе достаточно милосердия, чтобы принять приглашение.

Я посмотрела на Ренара, надеясь прочитать на его лице правильный ответ, но нашла лишь такую же рассеянность.

– А если… если я откажусь, ваше высочество? – спросила я, глядя в глаза Феликсу.

– Я приму отказ, понимая, что вы, должно быть, устали, – ответил он. – Но расстроюсь, а еще заберу у вас леди Айвеллин. Уже не на правах гостьи, а как музыканта, нанятого развлекать публику.

– Мне кажется, – я сощурилась, – вы меня шантажируете.

Губы Феликса изогнула тонкая, чуть кривая улыбка.

– Можно сказать и так, леди Лидделл, – признался он. – Использую все возможные способы, чтобы, наконец, появиться рядом с вами где-то, где нас увидят, заметят и поверят в нашу с вами ложь. Ну так что? – Феликс обвел нас взглядом. – Я отпущу вас чуть после полуночи, дорогая, – добавил он, коснувшись моей руки пальцами. – И обещаю пару интересных знакомств.