Ренар снял треуголку и посмотрел на меня, плотно сжав губы. В нем уже не было ни шутовского веселья, ни затаенной хитрости, только усталость и немного жалости.

Лин, сидевшая рядом со мной, осторожно взяла меня за руку и сжала мои пальцы.

Я знала, что ее колдовство не могло действовать на меня, но почему-то вдруг стало спокойнее.

– Спасибо, – прошептала я.

– Не за что, леди Лидделл, – мягко ответила Лин. Капюшон закрывал ее лицо так, что я видела лишь улыбку и острый подбородок. – Я лишь проявляю участие, как и положено доброй подруге.

Ренар достал из кармана пальто что-то, завернутое в платок, и протянул мне. Там оказался кусок кекса с орехами, рассыпчатый и очень ароматный. То, что было нужно, потому что я не ела ничего с самого обеда.

– Это чтобы ты не думала, что мы забыли о тебе, стоило тебе исчезнуть за дверью, – сказал Ренар.

– Спасибо, – ответила я.

И не без сожаления отпустила руку Лин, чтобы расстелить платок на коленях и снять перчатки.

Осталось надеяться, что Анита не будет ругать меня за крошки на бархатной обивке кресел.

Окна были задернуты шторками, поэтому, когда экипаж остановился, никто из нас не придал этому значения. Только Лин выглянула в окно. Ей пришлось дохнуть на него и протереть рукавом.

– Там ограда, – сказала она. – Наверное, ждем, чтобы пропустить кого-то, у кого на карете герцогский герб.

Я пожала плечами. Остатки кекса интересовали меня куда больше, чем все остальное.

Снаружи раздались шаги и голоса, а потом дверь открылась, заставив нас обернуться, а меня – вздрогнуть. Вместе с холодным воздухом в карету проник Феликс. Он махнул рукой кому-то, кто остался там, снаружи, бросил вознице бесцеремонный приказ ехать дальше и, устроившись рядом с Ренаром, напротив меня, захлопнул дверь.

Трость в виде фламинго прижималась к его колену.

Фиолетовый плащ был оторочен серебристым мехом по краю, почти как кружевом.

Пахло гиацинтами и морозом.

Феликс сощурился и обвел нас веселым взглядом, улыбаясь так светло, словно не совершил только что похищение – я была уверена, что теперь едем мы совсем не туда, куда должны были.

– Знаете, леди Айвеллин, – сказал принц, сдвигая трость в сторону Лин так, что она почти коснулась ее подола. – Я очень не люблю, когда от меня сбегают, не предупредив. Конечно, – продолжил он доброжелательно. – Планы на вечер могут поменяться, я все понимаю, но вы могли хотя бы сказать мне об этом, – он покачал головой.

Улыбку сменила капризно-печальная гримаса.