– Тем, кто дружен, не страшны тревоги! – подхватил Наир.

И вместе дружно гаркнули:

– Нам любые дороги дороги!

Ильхор поглядел на них со снисходительной ухмылкой, но ничего больше не сказал. Так они ехали дальше, и песня струилась вперёд, рассекая ветер, змеилась, как пыльная, растрескавшаяся на солнце ленточка дороги.

Наше счастье жить такой судьбою!

Наше счастье жить такой судьбо-о-ю![2]

[1] стихи автора

[2] Юрий Энтин

– А вот и постоялый двор «Почтенный эрр»! Теперь уже недалече до владений благословенной нашей миледи Лиэлид, – облегчённо вздохнул Ильхор, когда впереди у дороги показались крыши каких-то строений.

– Да, лошадям отдохнуть надо малость, – согласился Эливерт.

– Напоить их надо. Жара такая, что они скоро прокоптятся, как на углях, – закивал Наир.

– Да и нам, по правде сказать, не мешало бы горло смочить, – расправив плечи, добавил Эливерт. – Там у них знатный трактир имеется.

– Эл, а разве мы не торопимся? – слегка ироничным тоном поинтересовалась Анастасия.

– Да, поспешать надо! – спохватился купец. – Не то миледи Лиэлид гневаться будут.

– А что, мы рассиживаться будем, что ли? – хмыкнул атаман. – Так… Перекусим, отдохнём немного в тени, да лошадям воды свежей дадим, и снова в путь.