Данушка, не настаивая больше, удалилась за ширму. Оттуда донеслись её негромкое ворчание и тихий благозвучный голос Альды.
Мужчины разлили по кружкам остатки хозяйского рину, не спеша укладываться спать.
***
Анастасия поднялась с лавки, подошла к окну. Смотрела долго на бушующую стихию.
Непогода разгулялась не на шутку. Двор превратился в раскисшее болото. Приличная лужица уже набежала внутрь дома. В неистовых порывах ветра скрипела мощная изгородь. Бедный пёс забился вглубь конуры и даже скулить боялся. Огненным заревом вспыхивали небеса. Тучи отливали багрово-красным. А иногда в разрывах этой жуткой чёрной массы вдруг проглядывал круглый жёлтый глаз полной луны.
Картина апокалипсиса во всей пугающей красе. От ночного ненастья сердце замирало и билось испуганной птицей, но Дэини, как всегда, не могла отвести взгляд от этого зрелища, жуткого и прекрасного одновременно, неистового и восхитительного в своей яростной силе.
– Красиво, – Эливерт выдохнул это слово и замер рядом, вглядываясь в ночь и почти непроницаемую завесу бури.
Настя бросила на него короткий взгляд, снова вернулась к созерцанию грозы.
– Дорога завтра будет – хоть плачь! Вернее, её совсем не будет, – хмыкнул атаман. – Но ведь оно того стоит? Такая красота! Завораживает, правда? Ты любишь грозы.
– Это не вопрос, да?
Бледное зарево сверкнуло серебром в его глазах.
– Не вопрос. Ты на дождь и молнии так смотришь… Я давно приметил. Совсем другая! Глаза горят…
– А ты?
– Что я?
– Что любишь ты?
Эл пожал плечами.
– Небо люблю. Небо каждый день разное. Но всегда такое – душа замирает! Глянешь вверх, и… Почему у нас крыльев нет? Туда бы, ввысь, в эту чистую вечную синеву! А ещё, хорошо ночью сидеть у костра, слушать, как пламя шепчет что-то звёздам, искорки так и взмывают навстречу своим неземным сёстрам…
Настя отвернулась от жуткой и величественной картины по ту сторону окна, уставилась на Эливерта, потрясённая его словами.
Да, это она услышать точно не ожидала! Что-нибудь вроде… вина, золота, оружия, женщин, лошадей, свободы или, на худой конец, дорог и приключений, это да – нормальная воровская романтика, любому бродяге близкая.
И вдруг –