Это было первое в его жизни убийство. Впервые в жизни он встретил Смерть. И на этот раз Смерть была на его стороне. Она помогла ему справиться с обидой.

Мальчик сильно переменился с той поры. Он стал надолго отлучаться из дома и проводил много времени в одиночестве. И вот однажды в лесу он снова встретил Смерть.

Это была вторая их встреча. Смерть была похожа на человека в волчьей шкуре, но оскал его обнажил настоящие звериные клыки.

И мальчик не испугался. Когда тварь напала, он даже не попытался бежать. Вместо этого он принялся размахивать палкой, целясь в мутные глаза чудовища. Волколак серьёзно ранил мальчика, но убить не успел.

Его спас подоспевший на помощь воин с сияющим серебряным блеском мечом. Воин расправился с оборотнем, перевязал раны мальчика и строго отругал его.

— Сопляк, чтобы сражаться, для начала научись, — сказал воин мальчику, а потом посмотрел в его золотисто-карие глаза и добавил: — Хочешь научиться?

— Да! — ответил ему маленький Летодор.

— А ты не боишься смерти? — спросил воин.

— Я не боюсь смерти! — гордо ответил мальчик. — Я уже убивал, и я убью снова, если так надо.

И Летодор позволил Смерти забрать маленького мальчика внутри себя, как когда-то это сделала и маленькая Василиса. Как и она, мальчик убежал из дома.

Он учился. И он убивал. Убивал много и безжалостно. И Смерть стала ему верной подругой. И это был его выбор и его путь.

Землетрясение, сопровождаемое страшным ураганным ветром, затихло. Ветер принёс небывалый холод, словно бы само лето покинуло окрестности Самториса. Небо заволокло серыми тучами. И теперь из этих туч беспрестанно сыпались ледяные хлопья.

Монастырь Нороэш, что располагался в лесах недалеко от Самториса, отныне был стёрт с лица земли. Вместо него посреди леса образовалась холмистая серая проплешина, будто остатки от гигантского кострища. Не осталось даже намёка на строения. В прах рассыпался камень стен, не было видно и человеческих останков.

Однако мужчина, кутающийся в шерстяную мантию, знал, что глаза могут обманывать. Доверяясь слуху, он долго искал и наконец нашёл среди холмов слабый, но уверенный огонёк жизни.

Мужчина упал на колени и осторожно извлёк из-под серого пепла хрупкое тело. Как ни странно, девушка была не только жива, но и невредима. Что бы здесь ни произошло, стихия не тронула ни волос, ни кожи, ни даже её одежд. И только на запястьях девушки алели свежие порезы, а её губы и шея приобрели мертвенно-серый оттенок.

Мужчина обнял её, точно ребёнка, и закутал в шерстяную мантию.

Девушка осталась жива, но только физически. Её сознание невозможно было нащупать в этом времени и пространстве: оно унеслось куда-то далеко. А её душа рассыпалась на осколки, словно разбитое зеркало.