Он что, мне поддается? Для моей гордости это слишком сильный удар.

Не понимаю, как так получилось, я все делала правильно. Но этот южанин выбил из руки клинок, а потом опрокинул через бедро на пол. Я потянула его следом за собой, перекатилась и села сверху, достав из голенища нож и прижав к горлу.

– Может, убить тебя, твое высочество, м-м? – наклонилась ниже, вглядываясь в черноту зрачков.

– Ты меня уже убила, Фарди, – Фрид опустил руку на оголившуюся поясницу, другой схватил за шею, надавил, преодолевая сопротивление, и скользнул кончиком языка по губам, а потом подался вперед и впечатался в мой рот. Лезвие было прямо между нами, но от неожиданности я растерялась – оцепенела, перестала думать. Вдох замер в груди раскаленным шаром, а потом взорвался, сжигая меня изнутри. А Фрид целовал меня зло, исступленно, грубо – как оголодавший зверь. У губ его был привкус горького напитка и запретного желания.

Пока этот вихрь не смел меня, я отбросила нож и уперлась ладонями в пол, попыталась оторваться. Но южанин стиснул пальцами шею, прижал еще сильнее, давая понять, что не собирается отпускать. Скользнул ладонью по бедру, сминая, щупая, изучая. Толкнулся мне навстречу – и я испугалась. Потому что внутри что-то отозвалось, опалило сладким жаром, понеслось по венам неудержимым потоком. Раскрылось навстречу его страсти.

– Ты! – прошипела ему в лицо, смакуя вкус крови на языке – неясно кто кого укусил. – Совсем одичал?

Фрид не ответил. Удерживая меня за плечи, блуждал затуманенным взглядом по лицу. На миг мне показалось, что его снова одолело безумие, но глаза были человеческими. И взгляд слишком говорящим.

– Фардана…

Один миг – и я уже под ним. Распласталась, прижатая к холодному полу. А он втиснулся между ног и в бесстыдном присваивающем жесте подхватил левую под колено и закинул себе на поясницу.

– Вот так будет правильней, – и вновь припал к губам. Уже нежнее, медленно увлекая и ведя за собой, открывая вершины, которых я раньше не видела. Давя своей тяжестью, переплетая наши пальцы и ноги, показывая свою жажду.

Я билась под ним, то пытаясь сбросить, то сжимая бедрами и хватая за плечи, за ткань рубахи – до треска. И не понимала, это все еще борьба или… что-то другое. Наши движения – то хаотичные, то слаженные. Мои вздохи и стоны, его сбитое дыхание.

Он покрывал шею, ключицы, подбородок быстрыми поцелуями, прикусывал кожу, рука скользнула под одежду и легла на грудь, дразня лаской.

Мы оба ненормальные. Сумасшедшие. Пора это признать.

– Фарди, я буду нежен… сделаю все, чтобы тебе было хорошо… Как ты захочешь… Подыхаю, как хочу тебя… – обжигающий, чувственный шепот.