Голос этот – проклятый, ласкающий, окутавший меня, проникший в меня, погасивший разум и разбудивший нечто пугающее и древнее, как само небо, как Север, как ночь. Я стиснула его плечи, запрокинула голову и выгнула поясницу, прижимаясь еще теснее, сжимая его коленями. С губ сорвался громкий стон. На несколько мгновений я ушла из этого мира, забилась, сметенная лавиной, потерялась в пустоте и темноте.
В голове шумел ветер, а телу вдруг стало легко. Я бессильно обмякла и могла только хлопать глазами и блуждать затуманенным взором по потолку.
– Фарди, ты что… – Фрид поймал пальцами мой подбородок и с изумлением заглянул в глаза. – Уже все? Так быстро? Мы ведь даже не…
Что это было? Что со мной сделал этот южанин? Я как будто пережила маленькую смерть.
Пошатываясь, я встала и поправила волосы. Он меня больше не держал, только глядел ошеломленно. А у меня не было слов. Они вылетели из головы, как птицы из распахнутой клетки.
– Я еще не видел настолько горячей женщины, чтобы прямо так… Фарди, ты точно в порядке?..
Я не отреагировала и двинулась к выходу, но Фрид вдруг оказался сзади и обнял меня за плечи, шумно втянул воздух у макушки.
– Я напугал тебя? Прости.
– Нашел, чем пугать, – я фыркнула, чувствуя, как мучительно горит внутри. Ноги все еще стояли нетвердо, а голову вело.
– В этом нет ничего плохого. Это прекрасно, – Фрид прижался губами к зацелованной шее, притиснул к себе. – Можешь думать, что я дурак, но я счастлив.
– Я ничего не понимаю… Оставь меня пока, – с трудом отцепив пальцы чужие пальцы, я все-таки сбежала на воздух, оставив его за спиной.
Хлопнув дверью, прислонилась к бревенчатой стене и сползла вниз, пряча в ладонях лицо. Только сейчас я начала догадываться, что это все-таки было. Стыд-то какой. Прямо на грязном полу. Как звери.
Но в те моменты я не думала. Мысли сгорели, остались только чувства и желания. Они томили меня на медленном огне, подбивая вернуться в дом воинов, где остался Фрид. С меня содрали кожу, обнажив каждый нерв. Было больно даже от прикосновения ветра.
Я прикусила кулак и тихо зарычала. Сорвалась с места и побежала в ночь. Снег падал мягкими хлопьями, небо сияло, как цветное покрывало, но я этого не замечала. Все мысли занимало то, что произошло между нами. Запястье с брачным узором пекло, будто на кожу брызнули ядом.
Ноги сами привели меня к дому, и я зашла, желая, чтобы он не приходил как можно дольше. Перед глазами мелькали мушки, а сердце колотилось, как ошалелое.
В голове звенели слова: