— Они должны обладать особыми технологиями, чтобы делать это так быстро, — встала Лианке. — О чем вы не говорите нам?

— О том, что на стороне нашего противника обучающий его демон, — ровно ответил Даор.

— Этого не может быть!

— Их же не было тут тысячи лет!

— Как демон оказался здесь?

— Разве это не легенды? Вы всерьез?

«Мой дед был демоном», — вспомнила Алана. Вот как самые просвещенные люди реагировали только лишь на упоминание об этих существах. Да, секрет был серьезным. Что же из себя представлял черный герцог?!

Роберт вышел в центр и поднял руки. Как по волшебству, все притихли, ожидая объяснений.

— И это не значит, что мы поддаемся бессмысленной панике. Демон помогал им и когда мы выходили, и раньше — а мы все еще живы. Это значит, что вот этот костер мы закидываем снегом, а не тушим пустотой, — как детям, разъяснил он. — И что идем дальше. И что на месте, где будем заговаривать лошадей, останутся несколько воинов, чтобы, когда найдут след заклятий, приписали его им.

Чувство опасности захлестнуло Алану, когда она представила себя таким оставшимся в лесу воином, в одиночку встречающим таинственную армию Пар-оола.

Раньше было не так очевидно, что кольцо врагов сжимается вокруг. Все заострялось.

Она почти автоматически посмотрела на герцога, ища поддержки — и он накрыл ее ладошку своей рукой.

— Не бойся, — одними губами шепнул Даор Карион. — Ты в безопасности. Я никому не дам причинить тебе вред.

47. Келлан

47. Келлан

Обычно все собрания проходили в общем зале или защищенной части покоев Сина, поэтому в комнатах Ингарда оказываться приходилось редко. Келлану здесь очень нравилось: все вокруг дышало умиротворением и простым, не вычурным светом.

Покои Ингарда были похожи на покои наставников, а не директоров. Ингард не видел смысла в том, чтобы в одиночку занимать большую площадь, так что ему, не считая ванной, принадлежали всего две просторные комнаты: спальня и большой гостиный зал, где располагались и рабочий стол, и длинный диван, и стеллажи с книгами. Мягкие льняные занавески приятного глазу оливкового цвета почти наполовину скрывали каждое из трех окон, придавая всему залу едва заметный зеленый тон. На белых, обитых жаккардом стенах, висели крупные картины в простых деревянных рамах. Келлан присмотрелся: когда он был здесь двести лет назад, на них были изображены улицы городов, но теперь Ингард предпочитал умиротворяющие пейзажи. Пол был покрыт тонкими плетеными коврами вроде тех, что ткали жители Красных земель, в каждом углу располагалось по большому горшку с какими-то вечнозелеными растениями, недавно выбросившими длинные стрелы побегов, несмотря на сезон — такие цветы могли быть только подарком Аринеллы. Вокруг овального стола стояли три кресла и один высокий диван с дутой спинкой, у камина цветами раскинулись еще два кресла, мягче и ниже рабочих, с пуфиками для ног. Книги лежали и стояли почти везде: в открытых шкафах, на полках, на столах, на подоконниках. На подоконниках также были сдвинуты в угол свечи в семиглавых подсвечниках — Ингард был одним из тех, кто предпочитал живой свет огня магическому пламени.