– Все это ужасно несправедливо, – в отчаянии прошептала она.

– Здесь я решаю, что справедливо, а что нет! -загремел король. – И не думайте разжалобить меня слезами, это бесполезно – поспешно добавил он.

Предупреждение это, однако, было несколько запоздалым, потому что Далия уже вовсю рыдала.

– Перестаньте. Вскоре вы его забудете. Я найду вам хорошего мужа – настоящего альва с приличным состоянием – еще будете благодарить меня, что я не позволил вам связать свою судьбу с этим простолюдином. Ваши предки со стороны Эртега еще раз перевернулись бы в своих гробницах – пожалейте их.

– Благодарю вас, ваше величество, не стоит, – -она утерла слезы и спокойно продолжила, – если он умрет, я тоже умру.

– Что значит, умрете? – возмутился Эрнотон. – Вы что, смеете угрожать мне самоубийством?

На лице его проступила некоторая растерянность: очевидно, если ранее кому-то из подданных, приведенных в отчаяние монаршей несправедливостью, неблагодарностью, эгоизмом и черствостью (одним словом, тиранией), и приходила в голову мысль свести счеты с жизнью, то у них хватало такта не объявлять об этом своему сюзерену, а потому король, в силу отсутствия опыта, оказался неподготовлен к подобной ситуации.

– Я никогда бы не посмела угрожать вашему величеству. Но повторяю, что умру вместе с ним.

– Я вас упрячу в монастырь, пока эта дурь не выветрится из вашей головы, – заявил он.

Далия подошла к окну. По улицам медленно тянулись обозы с зерном. Она смотрела на степенно ступавших мулов и стремительно собиравшуюся по обеим сторонам дороги толпу, краем глаза продолжая поглядывать на короля.

– Самые лучшие почему-то всегда умирают самыми первыми. Как Ива Нелу, – Эрнотон едва заметно вздрогнул. – Она мне говорила, что ничего плохого с командором не случится, все закончится хорошо, ведь вы благородны и великодушны, и у вас на самом деле добрая душа. – Она повернулась и прямо посмотрела на короля. – Она была бы очень опечалена, узнав, как вы поступаете с преданными вам людьми.

Она села в глубоком реверансе и направилась к двери. Голос короля остановил ее:

– Я не давал вам позволения уйти, танна Эртега! – он хлопнул кулаком по столу. – Чума вас забери! Вот уж действительно стоит в качестве наказания помиловать Рохаса, чтобы он мучился с вами до конца жизни! … Садитесь, – проговорил он уже более спокойным тоном. – Возможно, я смогу пойти вам навстречу и заменить казнь Рохаса на изгнание… или даже ссылку в какую-нибудь удаленную крепость … Однако взамен вы должны отказаться от брака с ним и остаться со мной.