Не знаю, что произошло со мной за эти последние дни. Будто сломался какой-то предохранитель. Я перестала бояться, перестала сомневаться, и порой это странное ощущение пугало. Оно прорастало внутри какой-то незнакомой злостью и решимостью. Я не узнавала себя, будто перестала быть той пугливой девчонкой, которая покинула Альгрон, умирая от страха. Что-то изменилось, и это «что-то» придавало мне сил, яростно бурлило в крови, будто питало.

Я решительно подняла подбородок:

— Кто вы?

Незнакомка вновь приблизилась на шаг:

— А кто ты?

Я невольно замерла от этого голоса. Необыкновенный, глубокий, гипнотический. Мне сразу представилось, что эта женщина необычайно красива. Не было сомнения, что передо мной стояла высокородная — мы были примерно одного роста.

Не думаю, что ее вопрос требовал ответа. Было бы глупо предполагать, что она явилась сюда, не зная, кто я такая. Но я не собиралась ей подыгрывать.

Она снова молчала, потом сделала еще шаг:

— Ты красива… Чересчур проста, но красива.

Я промолчала. Было бы глупостью за это благодарить. Лишь снова отступила на шаг.

— Что вам нужно?

— Мне нужно, чтобы ты разделась.

Я даже нахмурилась:

— Что?

Я услышала, как она вздохнула под накидкой:

— Раздевайся.

Я лишь покачала головой — уж этого я точно делать не собиралась.

Незнакомка кивнула, вуаль колыхнулась:

— Не уговаривать же мне тебя.

Она развернулась, прошла к двери, и через пару мгновений я вновь увидела двоих рабов-вальдорцев и уже знакомую наемную тетку. Тетка кивнула в мою сторону, рабы обошли диван и без церемоний схватили меня за руки. Я дергалась, но их широкие лапищи держали надежнее тисков. Незнакомка вновь кивнула, и тетка направилась ко мне, зашла за спину, нащупала замки корсажа. Он развалился на части и упал под ноги. Следом она решительно сдернула платье.