Вчера в дипломатической палате гуляло много слухов. Одни говорили о предстоящем сложении полномочий Опиром Мателлином, другие поговаривали под строжайшим секретом, что он заключен под стражу в собственном доме вместе с дочерью. Опиру конец — кажется, я был одним из немногих, кто это понимал. Я не знал, захочет ли Император придать это дело огласке — затронута честь высокого дома. Вероятно, будет озвучен более благовидный предлог. Но это было не главное. Сейя оказывалась прямым свидетелем — и я не видел в этом ничего хорошего. Я чувствовал себя в липкой паутине, и чудовищным набатом билось в голове невозможное понимание того, что мою жену просто использовали. Как маленького зверька, пущенного по игрушечному лабиринту. Подгоняли тонкими палочками. И не было никакой гарантии, что Сейя не погибнет. То, что этой ночью я сжимал ее в объятиях, казалось чудом.

Меня перехватили в галерее. Секретарь де Во сообщил, что Император перенес аудиенцию, и мне надлежит явиться к его сиятельству. Советник принял меня в дворцовом кабинете. Стоял у окна, щурился на полуденное солнце, которое золотило всю его фигуру, разжигало глаза. Я поклонился. Де Во сделал шаг навстречу:

— Его величество пока не может принять вас, Тенал. Вам нужно подождать.

Я лишь кивнул.

Советник указал на кресло у стены, в глубокой мраморной нише, отделанной мозаикой:

— Присядьте. Это не официальный визит, оставим церемонии.

Он уселся напротив, оправил мантию, подозвал раба, который подал бокалы с красным горанским спиртом. Невольник тут же вышел, и мы остались одни. Де Во отхлебнул, его лицо на мгновение исказилось от ядреного глотка. Наконец, посмотрел на меня:

— Похоже, нас ждет еще один передел высокого дома… В последнее время они стали хрупкими, как карточные домики.

Передел чужого дома сейчас интересовал меня меньше всего. Я поднял голову:

— Вы использовали ее. И Ирию тоже.

Де Во вновь приложился к бокалу, облизал губы. Я видел по его напряженному лицу — он прекрасно понимал, что я имею в виду.

— Клянусь честью, я узнал обо всем лишь тогда, когда вы пришли к Императору.

— Тогда кто это спланировал? Император?

Советник печально улыбнулся:

— Боюсь, его величество и на четверть не так изворотлив. Но внушаем.

— Тогда кто, если не вы?

Он вертел по столешнице бокал:

— А вы подумайте, Тенал. Понаблюдайте. Ведь вы умны — и вы уже все поняли. Оцените самые пострадавшие стороны. Я даже пытался отговорить его величество от подобного посланника, потому что никогда не доверял Марку Мателлину. Он всегда стелился перед Опиром. К тому же, Опир не оставлял навязчивой идеи выдать за вас свою дочь. Это всем известно. Впрочем, как и ваш отец. Но Император был непреклонен в выборе порученца, несмотря на очевидные глупые просчеты. Ваш отец поддержал эту идею. — Он усмехнулся: — Ваш отец любит помахать красной тряпкой перед бычьей мордой. Должно быть, он будет ликовать, когда место в совете освободится.