У меня это в голове не укладывалось. Как можно так легко говорить об убийстве! Да, Остров – не самое безопасное место на свете, но даже в бедных районах у нас никого не режут направо и налево. Людей и так не хватает: после Потопа все уяснили, что хуже греха, чем убийство, ничего нет. Поэтому войны с Большой Земли так страшны, хотя и варвары стараются скорее брать в плен, чем убивать. У них, говорят, не хватает рабов.

С соседом я познакомился после обеда, когда вместе с Ори шел осматривать достопримечательности. Ори робко заметил, что нужно хотя бы раз побывать в Небесной гавани и что мне там понравится. Он, наверное, обратил внимание, что меня потряхивает от недосыпа и волнения, поэтому и предложил прогулку. Сидеть за книгами я все равно не мог: клонило в сон. Но и спать не получалось из-за волнения. Первое занятие завтра обещало быть по меньшей мере интересным.

Вряд ли мой новый сосед чувствовал себя лучше. Мы столкнулись в холле случайно, и никакую засаду я, естественно, устраивать не стал.

Он оказался юношей не старше меня, нес потрепанный чемодан; его плащ был черным, но потертым. Сам он был очень бледен – пожалуй, белее его кожи были только волосы – густые, совершенно седые.

И он прибыл один, без слуг. Меня это воодушевило: может, мы все-таки найдем общий язык, если он такой же простолюдин, как и я?

– Здравствуй. – Мой нуклийский звучал ужасно, но я надеялся, что он поймет. – Мы соседи. Меня зовут Элвин…

Он вдруг побледнел еще сильнее. И стоило мне шагнуть к нему с протянутой рукой, он отшатнулся, хватаясь за кинжал. А как смотрел! Такой ужас в глазах я никогда и ни у кого раньше не видел.

Еще бы: уж он-то знал про народную нуклийскую забаву – убивать волшебников. Это мне тогда было невдомек.

Я отпрянул, не понимая, что происходит. Может, он не так меня понял? Может, акцент как-то извратил мои слова?

– Господин, идемте, – шепнул Ори. И, поклонившись испуганному соседу – совсем не так низко, как мне, – прошел к двери.

Я выдавил из себя улыбку – неплохо получилось, профессионально. И старательно выговорил:

– Увидимся завтра на занятии.

Сосед мне так ничего и не сказал. Он проводил меня испуганным взглядом, а потом дверь за ним закрылась.

Может, он сумасшедший?

– Ори, я сказал что-то не то? – не выдержал я. Мы проходили через очередные ворота – на этот раз в виде деревьев. – Мой нуклийский настолько плох?

– О нет, господин, что вы, – вежливо отозвался Ори. Он шел чуть позади, как слуга. – Просто этот волшебник слабее вас, он это почувствовал и решил, что вы захотите его убить. Или связать.