– Её нет. Я ненавижу тебя так же сильно, как и ты меня, – холодно, не чувствуя больше ни ярости, ни обиды, произнёс Белый. – Но мы Во́роны нашей госпожи и должны беречь своё братство. Если кто-то замыслил нас уничтожить…

– Что?

– Тот, кто стравил нас. Тот, кто заказал мне Буривоев и уговорил тебя спасти мальчишку. Тот, как заказал Галке моё убийство.

– Галке? – Грач вскинул голову, приподнялся и снова зашипел, когда кандалы сильнее врезались в плоть. – Тебя? – к болезненному потному лицу прилипли чёрные пряди. – Правда?

Белый просто кивнул.

И грёбаный Грач разразился хохотом.

– Богиня, это прекрасно…

– Какой же ты ублюдский хрен собачий, – процедил Белый, качая головой. – Если не останется меня или Галки, опасность грозит всему братству: матушке, Воронятам… Кто-то узнал о нас, собрался нас уничтожить…

– Мои дела никак не связаны с братством, – перебил его Грач. – Я спас мальчишку, потому что меня об этом попросили хорошие люди. Он нужен им, чтобы наступил мир.

– Мир? Хорошие люди? – Белый сморщился и даже отодвинулся. – Ты совсем разум потерял? Это что, и вправду не заказ?

С тех пор как он встретился с Вадзимом в «Весёлом кабанчике», всё пошло кувырком. Всё было неправильно. Ворон взял заказ на Ворона. Белый спас жизнь той, кого обязан был убить. Зато теперь всё казалось возможным…

– Зачем ты это сделал? – спросил он. Время уходило. Скоро вернутся скренорцы. – Скажи, Мореной заклинаю.

Тёмные, почти чёрные в полутьме глаза Грача жгли, точно угли. Лицо покрылось испариной. Он наморщил крупный нос.

– Чародеи Совиной башни. Моя сестра… не родная, по табору, из которого я родом. Она одна из них. Она умоляла меня спасти мальчишку.

– Совиная башня? – Белый отвёл взгляд, пытаясь всё осмыслить. – Какое дело до этого чародеям? Они сидят в своём лесу…

– Они служат Ратиславии. А мальчишка нужен их князю, Вячеславу Окаянному. Он хочет вернуть себе Старгород.

– Грач… – голос не изменился, даже не дрогнул. Белый старался вовсе не смотреть на брата. – Зачем ты в это влез?

– Чири… моя сестра, я же сказал. Я думал, что она погибла и я один остался из табора после того, как меня нашла матушка. А, оказывается, Чири выжила, её приютили чародеи. Тебе не понять, Белый. У тебя нет настоящей семьи.

– Во́роны – моя семья. Плоть – земле…

– Ой, сука, – вздохнул Грач. – Не надо только этой дури, которой учила нас матушка. Мы не семья. Не настоящая. Ты не знаешь, что такое быть семьёй. У тебя нет родных. Ты родился мёртвым…