В общем, готовность к встречам и разговорам изъявляли все те, кто не знал ответов на мучающие Михаила вопросы. Те же, от кого можно было надеяться получить если не ответ, то хоть намёк на него, явно этих встреч избегали.

— Ну давай поспорим, что ты всё узнаешь, — со смешком предложил Славка, видя метания друга.

На что Михаил сморщился так, будто съел целый лимон, не закусывая и не запивая. Решать свои проблемы при помощи пари он зарёкся. Слишком много неясностей осталось после последних споров. Кто виноват и почему? Можно ли было избежать жертв? И самое главное — все ли последствия уже проявились? Не осталось ли ещё чего-то тайного, затаившегося и пока не замеченного. Думать об этом было непривычно.

Михаил хмурил брови, Леонтий Афанасьевич посапывал в кресле, белёсые пылинки танцевали в солнечном луче, плавно оседая на коллекцию фарфоровых безделушек на каминной полке.

В дверь робко поскреблись. Князь вопросительно приоткрыл один глаз.

— Степан? Что там? Входи, — подал голос Михаил, в душе затеплилась надежда, что время ожидания подошло к концу.

Степан приоткрыл створку ровно настолько, чтобы просунуть в неё лохматую голову.

— Ваши светлость и благородие, — обратился он сразу ко всем присутствующим, — там гости пожаловали. Просить?

— Проси, — махнул рукой Михаил, видя, что князь разлепил второй глаз и пытается усесться в кресле поровнее.

Спустя пару мгновений в гостиной показался Андрей, серый от усталости и с плотным объёмным конвертом в руках. Кивнул приятелю в знак приветствия и протянул ношу князю.

— Поручение исполнено.

— Проблем не было? — поинтересовался Леонтий Афанасьевич, потроша конверт. — Не хорохорились там в архиве? В пузырь не лезли? А то к ним посторонние редко заглядывают, скучно им, так они над новенькими покуражиться завсегда рады…

— Никак нет! — ответил заседатель и так поджал губы, что Михаилу сразу стало понятно: без проблем у друга не обошлось.

Князь, читая привезённые бумаги, гримасы посланца не заметил, во всяком случае, что словам не верит, виду не подал.

— Ну и слава Шестиликой, — отрешённо пробормотал он, не поднимая глаз от документов.

Михаил, заломив брови, взглядом попытался выведать у приятеля, что здесь происходит, но тот лишь развёл руками, то ли обещая объяснить всё позднее, то ли признаваясь, что сам ничего не понимает.

В гостиную вошёл Вячеслав, одарил всех общим кивком и проскользнул к окну. Не успел он устроиться на подоконнике, как дверь отворилась в очередной раз и на пороге появилась Кречетова-старшая. Она смущённо оглядела собравшихся, подарила Михаилу промелькнувшую робкую улыбку и устремила горящий вопросом взгляд на князя.