– Но мой брат считает по-другому, – бросила она сквозь зубы. – Он говорит, пустые – лишь мешки с мясом и костями, на которые зря переводят ресурсы. У них нет души. И… я понимаю, чувствую это, но…

– Просто их души в другом месте. Но они непременно вернутся. Все будет хорошо.

– Спасибо. Ты так добра. Вы все здесь так добры… Развешиваете все эти прекрасные украшения, – она обвела взглядом разноцветные звезды и ленты, оставшиеся в зале с прошедшего праздника Солнцестояния, – заботитесь обо всех этих людях…

Она подалась вперед и ласково провела рукой по коротким волосам своего возлюбленного, судорожно вздыхая. Ее губы дрогнули, словно она собиралась снова заплакать. Видя это, Лу слегка сжала ее плечо:

– Леди Эстис, вам надо отдохнуть. Сберегите силы на те дни, когда вам позволят забрать Фрэнсиса и вы сможете за ним ухаживать. Ему нужно, чтобы вы были сильной.

Та вновь кивнула, а затем, поднявшись, вдруг порывисто обняла санитарку. Лу утешающе погладила ее по спине.

– Ты права, – сказала она, отстраняясь, и девчонка с облегчением увидела на ее губах слабую, но все же улыбку. – Завтра меня вызывают в Улей на рассмотрение запроса. Если все сложится удачно, уже вечером я смогу перевезти Фрэнса домой.

Проводив посетительницу взглядом, Лу несколько минут отрешенно стояла в зале, прежде чем отправиться выполнять поручение леди Гвиневер.

Аргос Юшес занимал небольшую отдельную палату в самом конце длинного коридора. Лу вошла и, не дожидаясь, пока глаза привыкнут к темноте, приблизилась к знакомой тумбе возле койки, чтобы зажечь настольную лампу с помощью своего браслета.

– Привет, лорд Аргос. Как ваше самочувствие сегодня?

Угловатое лицо шаота говорило о том, что он не был красавцем и прежде, а теперь, когда щеки впали, а под глазами пролегли тени, выглядел и вовсе жалко. Дыхание его было слабым, почти неразличимым. Тем не менее, его вид, как и у большинства пустых, был умиротворенный, почти безмятежный.

– Наверное, я совсем схожу с ума, раз завидую вам. Но я… так давно не спала.

Лу растерла ему руки и ноги, проверила записи на табличке у койки, педантично поправила медицинские принадлежности, сложенные на одном из безликих больничных стеллажей, полила цветы в горшках. Не сразу, но поймала себя на мысли, что делает все, лишь бы отсрочить выполнение поручения. Со вздохом отложила тряпку, которой пыталась оттереть засохшее пятнышко на полу.

– Итак, что бы вам хотелось услышать сегодня, милорд?

Придвинув к койке трехногий табурет, Лу не глядя взяла с тумбочки одну из книг, раскрыла на случайной странице и принялась за чтение.