– Утром вы вспомните, что ваша изрядно перебравшая юная соратница говорила о том, что хочет пойти искупаться, но вы не придали этому должного значения. Позже, в реке… вы найдете ее тело.

С надеждой, которая стремительно таяла, девчонка воззрела на Вивис и Вальтера, но те не могли противиться могущественной силе электа. На их лице не дрогнул и мускул. Словно сомнамбулы они синхронно легли в кровати, укрылись одеялами и захлопнули глаза.

Лу поняла, что ей пришел конец.

В этот момент с ней случилось нечто странное. Когда она вдруг осознала, с чем на самом деле была связана ее тревога, та неведомым образом сгинула. Избавившись от этого надоевшего груза, Лу ощутила облегчение, сродное эйфории, и, не сдержавшись, в голос расхохоталась.

Пелена спала с глаз ундина, когда он закончил накладывать чары на Вальтера и Вивис. С едва читаемым удивлением он переключил внимание на неадекватную реакцию забившейся в угол девочки. Затем, забрав с комода книгу и в последний раз оглядев комнату, убедился, что все находилось на своих местах, и приглашающе распахнул дверь.

Поднимаясь на ноги, придерживаясь за стену, Лу утерла выступившие от смеха слезы:

– Позвольте уточнить… Мы с вами, это… Сейчас пойдем меня убивать?

– Обувайся. И возьми верхнюю одежду.

– А не то что? Замерзну на том свете?

Ундин шумно вздохнул и слегка склонил голову, исподлобья сверкнув глазами-изумрудами на мирно лежавших в кроватях аркана и шаотку. Поняв угрозу без лишних слов, девчонка покорно натянула туфли и подошла к двери. Глубоко внутри ее слегка колотило; происходящее казалось абсолютно нереальным. Элект безошибочно снял с вешалки нужный плащ и протянул ей.

– Люди, которые узнавали, что у меня нет истока, – заметила Лу, покидая комнату и накидывая плащ, – тоже часто считали, что я что-то вроде бестолкового животного.

– Я так не считаю, – бросил ундин.

Он погасил свет, аккуратно закрыл дверь и, накинув капюшон и прихватив фолиант подмышкой, направился по коридору, ожидая, что Лу последует за ним. Но та, сделав пару шагов, прислонилась к стене и скрестила руки.

– Неужели? А я думала, считаете. Что я, ну, не знаю… что-то вроде барашка. Если барашку сказать, что ведешь его на убой, он не станет сопротивляться. Потому что ни черта не поймет.

Она глянула в противоположный конец сумрачного коридора, где двигалась пара силуэтов – кажется, там кто-то целовался. Джа-Фэ взглянул туда же, приблизился вплотную к Лу – должно быть, они и сами теперь выглядели, как парочка не дотерпевших до номера любовников – и прошептал:

– Если будешь сопротивляться, вовлечешь в это посторонних. Ты все равно умрешь, но и другие при этом пострадают. Веришь?