Но тут же ее с шумным всплеском утянули обратно под воду. Все завертелось; она с трудом понимала, что делает, словно в агонии кувыркаясь и отбрыкиваясь от врага, почти незримого в темной мутной воде, – врага гибкого, хитрого, постоянно ускользающего. В какой-то момент девчонке повезло: пока ундин вертикально тащил ее вниз за ноги, она изловчилась обхватить руками длинный хвост и ожесточенно в него вгрызлась. Крупная гладкая чешуя оказалась столь жесткой, что Лу сломала несколько зубов; однако ее палач, кажется, пострадал тоже – он выпустил пленницу и ускользнул прочь, скрывшись в подводном мраке. Лу вновь всплыла на поверхность и закрутилась вокруг своей оси, отыскивая взглядом пристань. Та была совсем недалеко…

Мысленно взывая ко всем высшим силам, Лу поплыла кролем. Она плыла так быстро, как никогда в жизни. Бха-Ти могла бы ею гордиться. В этот миг девчонка была так благодарна ей за уроки плавания, что поклялась накупить горничной подарков и собрать для нее самый красивый букет… Только бы выбраться отсюда живой!

Но в тот момент, когда уже можно было различить буквы, аляповато намалеванные краской на боку пришвартованной у причала старенькой лодки, Лу услышала нарастающий рокот рассекаемых волн. Она не успела опомниться, как резкий и тяжелый, слово выстрел пушечного ядра, удар в живот вышиб из нее весь дух.

Стиснув свою жертву в смертоносных объятиях, ундин стремительно утаскивал ее обратно под воду. Сила, с которой он это делал, была несопоставима с человеческой, колоссальна и неотвратима; теперь не оставалось сомнений, что он увеличил ее эфиром. На этот раз сопротивление девчонки оказалось безрезультатным. Оно лишь быстрее сожгло набранный ею воздух, и вскоре Лу начала захлебываться. Попадавшая в легкие вода терзала грудь острой, невыносимой болью.

…Перед самым концом она увидела Хартиса. Тот осуждающе качал головой:

«Ты подвела меня, лучик мой».

«Прости, господин», – подумала Лу. К разрывающей легкие физической боли примешалась боль душевная – сожаление, вина, печаль. Все это затянуло девчонку в беспросветный удушающий водоворот.

Оказавшись в самом его центре, Лу отключилась.

15 Доклад

15 Доклад

В некоторых городах Аверсайда люди верили, что после смерти их ждет вечная жизнь в небесной обители, в иных – что существование продолжится новым витком в цикле перерождений. Сама Лу, никогда не считавшая себя религиозной, предпочитала думать, что после смерти наступает лишь темное, блаженное небытие.

Так и случилось.

Но потом что-то изменилось. Жестокое алое зарево превратило все ее существо в сгусток мучительной агонии. Ее разум, душа и тело метались, раздираемые неведомой беспощадной силой на тысячи трепещущих клочков. Она не понимала, в каких измерениях и по каким правилам это происходит. Единственное, чего она желала – чтобы все наконец прекратилось.