Тот ничего не ответил, залез в машину, поспешно спасаясь от неловкой ситуации, и уехал за пределы пропускного пункта. Рудольф остался. С плохо сыгранным безразличием к только что и произошедшему, протирая переднее стекло своей машины, он слегка и бесподобно гордо, как ему самому мнилось, скосил в мою сторону свой взгляд. Я не выдержала и засмеялась.

Он невольно развернулся ко мне, и я сказала, — Добрый день! Кажется, вы меня не узнали? — продолжая смеяться, поскольку не всегда контролировала свои чувства. Я и в самом деле радовалась, что он рядом.

Так он, мрачный «тигр», всё также недобро порыкивая, ответил, — Всем сегодня нечто кажется. Сроду тут добрых дней не было. Только скучные и однообразные, друг на друга похожие, как и сами местные насельники.

— Приятная и неожиданная встреча тоже может быть знаком добрых перемен в жизни…

— В чьей именно жизни? — спросил он. Я молчала.

— А что, уже готовишься к походу в Храм Надмирного Света? — спросил он. Я молчала.

— Не с местечковым ли каким бюрократом? — спросил он. Я молчала.

— И кого же ты ожидала у «Зеркального Лабиринта»? — не отставал он, а я продолжала молчать. Игра была взаимно увлекательной.

— Чего же ко мне не зашла чайку попить, если там отиралась?

Небрежность тона сильно задевала. Моя улыбка превратилась в лицедейский оскал, скорее, я почти ненавидела его в этот момент.

— Сколько вопросов и все неправильные. Кого-то, может, и ожидала, о ком уже и забыла, — ответила я, продолжая дразнить его уже только по видимости дружелюбной улыбкой. — К тому же вы забыли указать мне свои адресные данные. Где бы я вас там нашла?

— Так ты же сама не спросила. Жалеешь, что не попили чайку с твоими любимыми пирожными?

— Я не умею находить тех, чьего адреса не знаю…

— А я не был уверен, что на другой вечер после того, как ты не дождалась меня на Главной Аллее, ты придёшь. Смотрел на тебя и думал, почему мы думаем о женщинах хуже, чем они есть? Всё-таки, она пришла на эту встречу…

— Откуда же ты смотрел? — не поняла я. — На облаке что ли сидел?

Он сощурился, блеснув яркими зрачками, — Вроде того. Поскольку я наблюдал за тобой из пространства, недоступного тебе. И вот увидел, ты, мерцаешь своими синими очами, в воздушной пене вместо платья, и очаровываешь тролля Рэда. Ух, как же я разозлился! Но кротко смирился с твоей налаживающейся личной жизни. А уж потом я не следил, как там складываются ваши дружеские отношения.

Унижение било под дых, и я безмолвно разевала свой рот, не умея собрать слов для надлежащего ответа…

— Оказалось же, ты даже не интересуешься личными именами своих друзей, — добавил он.