По дороге в столицу мы с Вильтом уже не хихикали и даже не разговаривали. Ему было неловко, а я терзалась всей этой неисправимой, потому что не поддающейся мне ситуацией, похожей на какой-то очередной вывих моей Судьбы. Когда Рудольф раз за разом затаскивал меня в машину и не озвучивал своих серьёзных намерений на будущее. Или же их и не имелось? К тому же, от нервного перевозбуждения, от телесного утомления ощутимо ныл живот.

Чтобы утишить болезненные ощущения, я шуршала бумажной салфеткой, поедая лакомство, оставшееся от вчерашнего посещения дома яств «Сладкое прибежище», роняя крошки на подол своего и без того измятого платья. После чего нервически разглаживала его ладонями, — след детского невроза, всегда проявляющий себя в минуты волнения. Достав дорожную фляжку для воды, усыпанную россыпью драгоценного бисера, я отпила успокаивающий напиток, приготовленный мне с вечера заботливой Элей. Следы взбитых сливок и кондитерской пудры на дорогущей ткани уже ничего не значили, и я задремала, ощущая и сквозь прикрытые ресницы, с каким жадным и сугубо мужским интересом рассматривает меня Вильт-Нэт. Конечно, он был симпатичным парнем, но не настолько, чтобы прельщаться его нескрываемым любованием. Такое поведение требовало пресечения и обозначения служебной дистанции, о которой он забыл.

Я потребовала остановить машину, вылезла и растянулась на пушистой луговине возле дороги. Участь платья меня уже не волновала. Было лишь одно желание, где-нибудь спрятаться от глаз Вильта, — ненужного свидетеля. Оказаться у себя дома, а не тут, чтобы свернуться калачиком на своей постельке. Нащупала в сумочке маленькую плоскую пластинку с прозрачными росинками некоего снадобья, сунутого мне весьма заботливым Рудольфом. Он объяснил, что это чудо-лекарство снимет все неприятные симптомы, возникни они вдруг. Я положила одну капельку, похожую на твёрдую росинку, под язык и тут же ощутила прилив сил и полное исчезновение боли в области живота. Гнетущее чувство как следствие недавней эмоционально-затратной встряски истаяло столь же мгновенно. После этого я самоуверенно встала, отряхнула подол и пересела на заднее сидение машины. Иметь в близких друзьях волшебника, что ни говори, удобная штука! Сам растряс, сам и починил.

— Платье у вас до чего и шикарное! — подал голос Вильт, придавая ласковую и одновременно заискивающую модуляцию своему голосу. — Даже у моей невесты её платье, что я и заказал для брачного ритуала в Храме Надмирного Света, проще.

«Даже», — этот простак вознамерился поставить свою простушку вровень со мной, как и себя вровень с Рудольфом. Не слишком ли я мягка и обходительна с прислугой в принципе?