— А вы думали, что ваш муж мог не позаботиться о вас и потом? Почему вы говорите о нём в прошедшем времени?

— Где он, мой муж? Вы-то кто, собственно, что лезете на такую запретную для вас территорию? Почему вы смеете требовать от меня того поведения, которое вам угодно?

— Я не смею что-либо требовать от вас и, кажется, не требую ничего. Наоборот, я служу вам и, кажется, никогда не посягал на вашу волю. Или же на ваше своеволие, так будет точнее.

— Кажется, кажется! Да вам точно голову припекло! Гуляли что ли долго с утра пораньше по такой-то жаре? Не сшить ли мне вам шапочку на вашу лысину по имеющейся у меня выкройке? Такую, какие носят аристократы? И даже с вашим вензелем…

Он продолжал с тою же нудной невозмутимостью, — У меня, у человека простого по своему происхождению, нет фамильного герба, чтобы можно было вышить его.

— Вы малограмотный, если не умеете вензель отличить от герба. Вензель означает лишь начальные буквы вашего имени и только! Но изображённые с художественной затейливостью.

— Мой жизненный опыт уже давно возместил мне недостаток образованности, да и умом меня мои родители не обидели. Достойные были люди, богатые любовью и трудолюбием. Вы могли бы понять, что организация вашего предприятия стоила и мне огромных усилий. Если ваша безупречная репутация пошатнётся, ваши клиенты станут пренебрегать вашими стараниями, а все они самые состоятельные из здешних жителей. Вы же не простых людей здесь украшаете, сами же понимаете это.

— Я всё равно большую часть своих изделий увожу в столичные салоны для состоятельной клиентуры, — заметила я надменно.

— Если количество ваших заказчиков здесь резко сократится, вашу «Мечту» потребуют удалить отсюда. Я также вложил в ваше предприятие очень большие личные сбережения, но я же никогда не давал вам и намёка на такое положение дел. И ни разу пока не воспользовался даже самой мизерной частью ваших доходов, на которые тоже имею право, — тут он поднял ладони вверх, — Нет, нет! Это не намёк на то, что я хоть что-то требую. Я отлично понимаю, как трудно вам сводить концы с концами. Я согласен ждать, пока вы окрепнете, войдёте во все тонкости дела, а ваш наработанный опыт будет держать вас на плаву уже чисто автоматически, помогая избегать убытков, финансовой запутанности и позволяя накопить солидный запас. Тогда уж и разочтёмся, кто и кому сколько должен. Ведь может наступить и такой день, когда мне тоже понадобится какой-никакой, а материальный ресурс. Я не молод, не так уж и здоров, моя госпожа. А пока вы даже не представляете, какие усилия я прилагаю, прикрывая вас от возможных наглых поборов и подлых расхищений. Но даже если бы вы потерпели крах всех своих начинаний, то я не то, что не взял бы с вас ничего, но и поддержал бы по возможности. Вы мне всё равно как дочь, моя госпожа, пусть это и странно звучит для вас. Моя благодарность господину Тон-Ату, а также и вашему знакомцу господину Руду-Ольфу такова, что никакими деньгами и трудами её не оплатить…