«Хорошо, что Рудольф её не увидел», — подумала я ревниво. Мужчины-актёры не вызывали у меня сильного интереса, как и само в целом представление, сумбурное и непонятное, поскольку начало я пропустила. Я следила только за актрисами, оценивая их с чисто профессиональным любопытством и ревностью тоже, будучи и сама причастной к тому же ремеслу, пусть и повыше качеством. Но талант вовсе не обязательно концентрируется лишь там, где существует более высокая каста представителей лицедейского искусства. И примером тому девушка в голубых туфельках, — она вращалась и изгибалась как растительная лиана вопреки законам физики человеческого тела.

Я не понимала, куда ушёл Рудольф, и сколько времени я буду сидеть тут одна, как потом-то выберусь отсюда?

Когда действие мини-спектакля подошло к концу, занавес, тоже не ветхий, а напротив, новёхонький, профессионально расписанный фантазийным пейзажем, опустился. Этот бродячий театр уж точно не принадлежал к числу непреуспевающих. Но я не раз слышала о том, что, кочуя по континенту, гораздо легче заработать немалые деньги, поскольку такие кочевья вбирали в себя с обширных пространств профессионалов разного, порой и диковинного жанра, как и экзотических красоток, которыми откровенно приторговывали.

Все затихли, ожидая следующего номера. На опустевшей сцене буквально ниоткуда возник вдруг человек очень высокого роста и одетый во что-то, что серебрилось как металл. Зрители разинули рты от внезапности его появления. Онемели и те, кто не переставали ни на минуту монотонно гудеть, как мушиные рои в полдень над свалками рыночных отбросов, создавая тот самый фоновый шум, свойственный простонародным балаганам, из-за чего их и презирают знатоки высокого искусства.

Он точно не выходил из-за кулис. Я этого не заметила, а по реакции окружающих людей поняла, что и другие того не увидели. Но каждый решил про себя, что всего лишь отвлёкся, отвернулся или замечтался, а потому и пропустил сам момент выхода нового персонажа. На его лице была такая же серебряная полумаска. Он стоял на странном и круглом диске, и тот пульсировал всполохами под его ногами. Кто-то присвистнул от восхищения.

— Во! Ишь, как сияет!

— А ещё говорят, что актёры бедные!

— Такой реквизит!

— Лицо-то серебряное!

— Где-то обокрал серебряные рудники…

— Да он не металлический! Костюм же мягкий, разве не видите?

— Он в костюме из фольги…

— Какая тебе фольга, дурень! Сам ты из фольги…

— Костюм из шёлка, особый плотный шёлк! — затараторила какая-то девушка, — Я видела такой у одного аристократа в центре столицы…