И я верила во всю эту чушь. Так было легче, чем принять смерть мамы. Да и было всё так давно. Все слёзы выплаканы, все думы недетские и горькие передуманы, все натянутые горем нервы порваны и умерли там, в детстве. На их месте были рубцы и бесчувственность к прошлым страданиям. Окаменелость, утонувшая в подсознании. Она пыталась всплыть. Но я ей не давала этого, сознательно толкая её в непроницаемую пучину. Любовь встала, раскинув руки и не пуская опасную тайну ко мне в душу. Закрыла её собою, желая владеть моей душой безраздельно, желая только его владычества надо мною после тех ночей.

Как я едва не попала в рабство

Как я едва не попала в рабство

После тех ночей он пропал. Выходило, что тот разговор был более чем серьёзный. Он не обманывал, моё предчувствие обмануло меня. Искать его я не могла, да и где? В доме Гелии он больше не появлялся. Заранее оговорённых встреч не обещал. Как-то постепенно, с печалью я начала уже и привыкать к тому, что мы расстались окончательно. И утешалась, — главного между нами не произошло. Я не успела влюбиться настолько, чтобы потерять всякую осмотрительность. На самом деле не в моей осмотрительности было дело, а в его понимании, что не стоило спешить с тем, к чему я не готова. И возможно, если бы не мои угрозы пойти в Храм Надмирного Света с Чапосом при согласии на это со стороны Тон-Ата, он и потом вёл бы себя иначе. Он настолько серьёзно воспринял мою глупую болтовню про Чапоса и одобрение такого союза Тон-Атом, что я удивилась бы его доверчивости, знай я об этом. Также не знала я, пребывая в прежней неуверенности, взращенной во мне строгой бабушкой, что он проникся ко мне вовсе не игровыми чувствами, а более глубокими. Впоследствии я вовсе не тешила себя мыслями, что меня одну он и любил из числа всех своих женщин, которыми и заполнял свою жизнь до моего появления, я просто знала это. И его земной Ксении спустя много лет после описанных событий, произошедших на Паралее, пришлось в этом убедиться. Как ни погружала она себя в многолетний самообман о великой и взаимной любви с ним. С его стороны так не было. Я стала его главной женщиной и останусь такой даже после того, как меня не станет. Тон-Ат же сказал, что моя жизнь рядом с ним не будет долгой, а Тон-Ат вовсе не был игровым волшебником, как Рудольф. Он был пришельцем-магом, не играющим в слова, а программирующим ими будущее. Возможно, тогда Тон-Ат и не хотел, чтобы моя жизнь была короткой, он всего лишь пытался напугать меня и оттолкнуть от землянина, кого выбрала я сама, а не он выбрал его для меня. Тон-Ат не хотел, чтобы я покидала Паралею. Хотел, чтобы я всегда жила с ним рядом. И отлично понимал, что Рудольф не в его власти.