Как широко раскинулась паутина из заговоров вокруг чосонского королевского двора, что её нити протянулись по всей стране и добрались даже до северных крепостей?..

– Так вы – та самая ученица мудан? – заскрипел голос секретаря над головой Йонг, и ей пришлось поднять взгляд, чтобы убедиться: секретарь говорил с сильным акцентом, но на её языке. – Нам сказали, вас убили. Но – о чудо! – вы живы и почтили нас своим присутствием!

– Ненамеренно, – вырвалось у Йонг против воли. Чиновники зашептались ещё громче, их осуждение облепило Йонг, уже покрывшуюся холодным потом из-за стылого воздуха в зале и слабости, сковывающей тело.

– Случайности определяют нашу судьбу, – милостиво согласился секретарь. Йонг пугало, что он говорит с ней так спокойно – за показным спокойствием всегда крылись страшные мысли, которые в головах таких властных людей могли рождать страшные же идеи.

– Мой мэштренним говорит, что порой выбор делаем мы сами, а порой он зависит от решений людей рядом с нами. На мою судьбу здесь повлияли другие. Не я, господин секретарь.

«Сбавь обороты», – шептало сознание где-то в глубине Йонг. Она упиралась ладонями в ледяной пол, рассматривала узор на гранитных плитах, чтобы держаться хоть за что-то, не падая в пучину своей слабости. Во рту пересохло, и явно не от страха перед секретарём Императора, который появился в ней не столько благодаря его фигуре совсем рядом, сколько из-за воздуха в зале, пропитанного энергией Огня. Он тянул из неё силы, а масло из старого факела было проводником для Ци, свободно покидающей её тело.

– Думаю, всё к лучшему, госпожа ученица, – сказал секретарь Императора. Йонг с трудом подняла голову, чтобы взглянуть на него. Он, улыбнувшись, добавил: – Вы станете гостьей на важной церемонии. Я слышал, вы близки с генералом драконьего войска, верно? Говорят, скоро он придет к нам. Ах…

Не успел секретарь договорить, стоящий у дверей страж объявил на весь Богандан:

– Генерал четвёртого ранга Мун Нагиль прибыл ко дворцу, чтобы поприветствовать секретаря его величества Императора!

И Йонг закрыла глаза, чувствуя, как горит её кожа от приближения Нагиля, объятого Ци Металла.

* * *

Нагиля разместили в западном крыле, пообещав утром принести новую одежду, больше соответствующую его статусу. Каждое слово, сказанное в стенах дворца, теперь считывалось им как угроза, которой отвечать было нельзя: не теперь, когда секретарь ясно дал понять, что Сон Йонг привели сюда для него. Как залог, кандалы для Дракона.

Он метался по покоям полночи, гадая, как далеко зайдёт Ван Шоужань, чтобы показать своё влияние не только на двор Намхангуна, но и на весь Чосон. Все его опасения подтвердились: советник Восточной Фракции Лю Соннён объединил силы с советником Южной Фракции и Северной, надо думать, тоже. Был ли причастен к заговору советник Западной Фракции, Нагиль ещё не знал и, не имея подтверждений, не хотел заранее подозревать ещё и Ким Кихо. Но даже союз из трёх Фракций уже представлял собой грозную силу, с которой молодой король мог и не справиться.