Когда Моргана передала мне бутылку, я подумала передать ее дальше, Гвиневре, не делая глотка. Но во мне зажегся огонек азарта. Отказ выглядел бы ребячеством, а я, как одна из самых младших, и без того чувствовала себя ребенком. Поэтому я подняла бутылку и приложила ее к губам.

 Я пила вино и прежде, но совсем по чуть-чуть, крошечными глотками, из изящных хрустальных бокалов на пирах, когда того требовала вежливость. Но здешнее вино предназначалось совсем не для этого.

 Оно обожгло мне горло, я тут же закашлялась, и Моргана сильно ударила меня по спине. Ланселот захлебнулся смехом, и щеки мои заалели.

– Крепкая штука, – усмехнувшись, обратилась ко мне Гвиневра. Ее смех издевательским не был. – Видела бы ты Ланселота, когда мы попробовали это вино впервые… он его выплюнул. Прямо на девицу, которую пытался впечатлить.

 Последнее она добавила, одарив Ланселота очаровательной улыбкой.

 Тот нахмурился, но я улыбнулась и передала бутылку дальше.

– Покрепче камелотского вина. – Я покачала головой.

 Моргана кивнула, а потом посмотрела на горизонт – туда, где над сияющим морем тускнели последние лучи заходящего солнца.

– Здесь все крепче, – ответила она. – Авалон – как весь остальной мир, только очищенный.

– Камелот все больше кажется мне миром теней, серым миром. Я словно ходила во сне до того, как приехала сюда. А теперь проснулась.

 Моргана окинула меня задумчивым взглядом.

– Скучаешь по нему? – спросила она.

 И я не нашлась с ответом. Правда – чудовище, которое не понять, которое не описать. Мне захотелось ответить, что, конечно, скучаю, но слова эти пеплом осыпались на языке.

– Я скучаю по матери, – ответила я, и это было правдой, смешанной с ложью, потому что я скучала по ней все меньше и меньше. – И по жареному фазану.

– Дева, Матерь и Старуха, я совсем забыла о фазанах, – засмеялась Моргана. – Но ты права… я тоже скучаю по фазану. Но никому об этом ни слова! Слышала, если оскорбить здешних поваров, то вся твоя еда превратится в грязь прямо во рту.

– Что такое фазан? – Ланселот нахмурился.

– Птица такая. – Я обрадовалась, что в кои-то веки знала о том, о чем не знал он. – Никогда не пробовал?

– Они здесь не водятся. Но похожи на… – Моргана задумалась. – Как они выглядят?

 Она обратилась ко мне, и я нахмурила брови.

– Вообще-то не знаю. Видела их уже без перьев и готовыми. Может, на кур похожи?