Снова испуганные крики. Наверное, было глупо с моей стороны пугать людей, но и оставлять их в неведении казалось ничуть не лучшим вариантом.

– У одной только Лунарии не было бы против Трансаки никаких шансов. Именно поэтому я посоветовала матери попросить подкрепления у Сатандры. Как моя мать, так и королева Фрейя, оказавшись на высоте, поступили мудро и вложили мечи в ножны, дабы в этой решающей битве с Трансаки сразиться плечом к плечу. Сатандра не стала нам другом, но впервые в истории эта страна нам больше не враг.

Если вы назовете меня корыстной и посчитаете, что мне нужен был этот мирный договор исключительно для нашего с Люсифером личного счастья, то позвольте уверить вас, что это не так. Да, я действительно не та, кем вы меня всегда считали, и мне искренне жаль, что правде лишь сейчас суждено было увидеть свет. Тем не менее я все еще дочь вашей королевы, и эта земля так же важна и дорога мне, как важна и дорога она и всем вам.

Поэтому я настоятельно прошу вас, лунарийцы – встаньте на мою сторону, на сторону моей матери, на сторону всего нашего королевства! Выйдите на войну вместе с нами! Я не говорю, что война – дело безопасное, но вместе у нас есть шанс. Вместе с Сатандрой мы можем победить Трансаки. Я прошу вас, доблестные жители Лунарии – оставьте свои предубеждения против Сатандры и сражайтесь за свое отечество!

Тишина. Люди слушали меня, раскрыв рот, и теперь, когда я рассказала им всю правду, решение оставалось за ними. Поддержат ли нас наши подданные? Или я напрасно уничтожила собственную репутацию?

Я не знала, сколько прошло времени. Возможно, всего несколько секунд – но мне они показались часами. Пожалуйста, будьте же благоразумны! На этой войне нам понадобятся все мужчины и женщины, даже если они в мирное время были крестьянами и горожанами, а вовсе не солдатами.

Наконец какой-то рыжеволосый мужчина, выбросив вверх кулак, кинул в толпу боевой клич. Остальные сразу же присоединились к нему. Сжатые кулаки взлетали вверх; люди одобрительно кричали и улюлюкали. И лишь тогда я поняла, что у меня все получилось. Я привлекла на нашу сторону жителей Тонды – а возможно, и градоначальников других городов. Они выступят в этой войне на нашей стороне.

И все же я чувствовала себя виноватой, потому что в восторге всеобщего единения все эти люди еще не полностью осознавали грозившую им опасность. Было бы неправильно не указать им на это.

Я вновь подняла руку, и через некоторое время люди вновь замолчали. Я чуть было не засмеялась. Мне даже во сне не могло присниться, что я когда-либо выступлю перед большим скоплением людей с длинной речью или смогу заставить собравшихся замолчать одним мановением руки.