— Хватит! — перебил Демьян.

— Ты все еще мой ученик, Демьян, — со значением произнес Кощей.

Демьян сжал зубы. Да, он все еще был его учеником. Все еще принадлежал ему безраздельно, со всеми своими чаяниями и устремлениями, и даже его воспоминания не могли быть только его, о чем его наставник сейчас так замечательно ему напомнил, и да: он обязан был выполнить любое его распоряжение. Исключений было всего три: Кощей не мог приказать ему убить кого-то, убить себя и сам не мог его убить.

— И вы отлично умеете этим пользоваться, — ответил Демьян. — Давайте же. Прикажите мне изуродовать ей психику в угоду вашим демонам.

— Демонам? Ты действительно считаешь, что мои опасения — это всего лишь мои личные демоны?

— Да.

Кощей рассмеялся, и в этом смехе Демьяну послышалась усталость.

— Ты заигрался, мой мальчик, — вздохнул он. — То, что ты еще ни разу не встретил противника, равного или сильнее тебя, не значит, что его нет.

— Разве кто-то может быть сильнее вас?

— Тот, кто верно оценил меня и подготовился, — ответил Кощей.

На кухне воцарилась тишина. Мерно тикали часы над дверью. Демьян сидел и ждал вердикта. И думал о том, на что ему придется пойти, чтобы ослушаться прямого приказа. Страшно не было.

— Что ты имеешь ввиду, когда говоришь, что я пользуюсь своей властью над тобой? — наконец спросил Кощей.

— Вы и так знаете, — пожал плечами Демьян. Хотелось наконец-то высказать все. И он больше не видел смысла сдерживаться. — Вы приказываете — я подчиняюсь, и не важно, что я об этом думаю. Неважно, чего я хочу. Мне было тринадцать лет... А вы заставили меня принять решение, определившее всю мою жизнь... Однако в отместку боги жестоко пошутили над вами. Вы не можете не видеть: я не гожусь на роль вашего преемника. Давайте просто признаем: я не силен в этом. Стратегия, планирование… Я ваш провал. И даже животная ипостась у меня — сплошная насмешка над нами обоими. Хотя она мне нравится, на самом-то деле, что тоже о многом говорит. Вы хотели получить преемника, а получили меня. Просто признайтесь мне. Я — ваше полное разочарование. И тем не менее вы уже не можете отпустить меня. Слишком много вложено: и сил, и времени.

Кощей подарил ему долгий мрачный взгляд.

— Да, — ответил он. — Да, я вложил в тебя много. Так много, как мог бы вложить только в родного сына.

— Тоже неправда, — качнул головой Дем. — Своего сына вы никогда бы не посадили на трон в Нави. И я могу это понять. Своим детям я бы тоже не пожелал такой судьбы. Как не желаете вы ее Злате.

— Причем тут Злата? — нахмурился Кощей.

— Да потому что, если кто-то и готов взять на себя эту ношу, то это она…