– Ты пожалеешь об этом, Элора, – грохочет он, как разгневанная туча.

Не знаю, хочется ли поблагодарить слуг за то, что помогали маме обрести частичку счастья, или отчитать их за то, что не побудили ее быть более осторожной. Потому что, похоже, теперь мою маму ни капли не волнует осторожность.

– Я любила его гораздо дольше. Жалею только о том, что не позволила себе обрести эту любовь гораздо раньше.

Отец выходит из себя.

В следующий миг он уже пересекает комнату, хрустя по битому стеклу. Джак встает, но отец щелкает пальцами и ломает Джаку ногу.

От треска я вздрагиваю, а у Джака вырывается мучительный крик. Мать подбегает к нему, но еще одним щелчком мой отец крушит всю комнату.

Все пошатываются от толчка, а когда дом сдвигается, я падаю на колени на мраморную плитку.

Шум стоит оглушительный.

Поместье начинает рушиться ровно посередине. Все кричат, падают, обломки сыплются нам на головы. Когда стены раскалываются, потолок трескается, а из расщелины в полу брызжет грязь. Как только трещина становится слишком широкой, мне приходится отползти назад, чтобы не свалиться в нее.

Дрожь останавливается, и мне удается встать и потянуть маму за собой. Слуги тоже поднимаются на ноги, стараясь не наступать на разбитый пол. Мать смотрит на огромную щель, которая разделяет ее и Джака – она такая большая, что перепрыгнуть ее невозможно.

Они смотрят друг на друга, и от выражения на их лицах у меня болит сердце.

– Джак… – с мокрыми от слез глазами говорит моя мать срывающимся голосом.

Сидя на полу, он тяжело глотает, а его лицо покрыто потом и искажено болью.

– Все в порядке, Элора.

– Не смей произносить ее имя! – кричит отец, а затем ломает руку Джака так сильно, что кость разрывает кожу.

– Нет! – Воздух разрывает материнский крик, и она хочет перепрыгнуть, но я в последнюю секунду хватаю ее.

– У тебя не получится! Ты упадешь, – снова и снова говорю я ей, а она пытается вырваться.

– Это твое наказание за то, что выбрала ореанское отребье, – брызжет слюной отец. – Я хочу, чтобы ты запомнила, Элора: именно это тебя будет ждать, если ты снова предашь меня.

Она замирает в моих объятиях. Кажется, что в комнате резко заканчивается воздух. А потом мой отец поднимает руку и щелкает.

И у Джака ломается шея.