Это люди.

Много людей.

Я оглядываюсь назад и вижу одноэтажный замок. Он раскинулся на мягких, как перышко, песчаных дюнах и сливается с буйной растительностью вокруг сверкающей воды оазиса.

Но передо мной, внизу этой крутой наружной лестницы, раскинулся крупный город. На горизонте я вижу лишь полоску моря. Она тянется по краю, разделяя небо и землю. Отсюда видны кварталы из домов с плоскими крышами, которые простираются в таком количестве, что мне сложно представить, сколько здесь живет людей.

Здания того же цвета, что и песок, но с вкраплениями ярко-желтой и синей краски. Улицы похожи на сплетенные медные реки, и здесь развеваются флаги с гербом в виде желтого солнца, а также официальный символ Второго королевства – два концентрических круга, один внутри другого, представляющих великое Божество, охватывающее все сущее.

Но ближайшее к нам здание, к которому ведет эта дорожка, окружено людьми. Они собрались под натянутыми между колоннами огромными брезентами. Напротив стоит круглое здание, и сверху я вижу короткую стену, что его окружает. Эта конфигурация отчетливо напоминает символ королевства.

Теперь я не могу сделать ни шагу, не поморщившись и не прошипев. Масло и песок не идут ни в какое сравнение с жестокой жарой и обожженной солнцем плиткой. Я даже ускорить шаг не могу, потому что темп задают Матроны, и им либо плевать на состояние моих ног, либо все это часть моего жгучего пути позора.

Когда я дохожу до нижних ступенек, меня даже люди уже не волнуют, которые пялятся в мою сторону и выкрикивают что-то неразборчивое. Кажется, будто с ног содрали слои кожи, словно я шла целую милю по раскаленным углям.

А боль, насылаемая королевой, не прекращается. Она непреклонно наказывает меня ею. Ощущения настолько постоянные, что я не могу вдохнуть полной грудью, а сердце не может сделать четкий удар.

Я обливаюсь потом. Все внутри меня дрожит и отдается эхом от агонии, которая высасывает все силы, пока меня ведут по узкой тропинке. Матроны обступают меня теснее, как только мы приближаемся к зданию. Я вижу море людей, они кричат, поднимают руки, будто происходит какое-то безумное событие.

Потом меня ведут наверх по обугленным ступеням куполообразного здания. Когда я оказываюсь на вершине, женщины расступаются, словно волны, и я вижу, что нахожусь на открытой сцене. За моей спиной здание, а впереди – покрытая брезентом городская площадь. На ней столько людей, что я даже не вижу края. А они не теряли времени даром.

Меня толкают в круг из тонких колонн на сцене, и, как только я оказываюсь там, магия королевы внезапно исчезает. Они так спешно запихивали меня, что я ударяюсь плечом и рукой о столбы, и золотой шарик выпадает. Но я не смею привлекать к нему внимание.