Но, едва они углубились в чащу, как наткнулись на лежащего в траве человека. Вернее, из травы торчали ноги, и нижняя часть туловища. А трава вокруг него была испачкана красным.

— Что такое? — воскликнул Дин, наклонился над телом, тут тоже выпрямился, и даже попятился. Айша тоже хотела посмотреть, но парень ее удержал, и отвел в сторону. Девушку поразило побледневшее лицо Дина, и она воскликнула:

— Что?!

— Наш… Он мертвый… — тихо произнес юноша — Зверь напал! Головы нет…

И замолчал.

Айша понимала, что опасный зверь может быть где-то рядом, и прижалась к парню.

Они побросали вещи, обернулись в птиц, и полетели.

Когда их взорам открылась главная поляна, Айша издала крик, полный ужаса — все было покрыто телами людей, и тушками птиц — кого в какой ипостаси настигла смерть. Видимо, нападение было неожиданным, стремительным, и крайне жестким — мертвые лежали кто где, в безмятежных позах, но в лужах крови… Ближе всех к Айше и Дину находились тела их друзей, тех, с кем они были в городе… Так вместе и лежали, среди раскиданных и рассыпанных покупок …

— Что это? Что это? — повторяла девушка-птица, и металась у края поляны. Она попыталась увидеть, есть ли среди погибших ее родители, но Дин воскликнул:

— Быстро в пещеру!

— "Пещера, да! — думала Айша — Папа, мама, и остальные укрылись в пещере!"

И птицы полетели прочь от поляны смерти.

Когда они приблизились к Белым Скалам, то услышали шум и крики. Дин крикнул:

— Не лезь вперед! Держись за мной!

Айша почувствовала, что леденящий страх, не оставляющий ее с самой поляны, стал сильнее, и превратился в ужас. Она ничего не соображала, и едва могла шевелить крыльями, чисто механически, что бы не упасть. Этот сковывающий тело птицы, и душу девушки страх, помешал ей сразу понять, что происходит возле Белых Скал — множество черных существ напирали на вход в пещеру, кидая в нее темные мотки магии, которые отбивала бабушка, стоящая в проеме с поднятыми вверх руками.

— Защиту ломают! — прочирикал Дин — А Хранительница пытается удержать!

И добавил:

— Айша, улетай! Уходи подальше, в глубь леса!

Но девушка застыла на одном месте, вяло махая крыльями.

Дин опустился на землю, и обернулся человеком.

— Улетай, малышка! — крикнул он — Я, чуть позже, тебя найду!

Айша повернулась, скрылась за кустами, и остановилась, паря на месте. Парень, уверенный, что она улетела, двинулся к пещере. А девушка смотрела на него сквозь ветки.

Как и где Дин, этот изнеженный беззаботный юноша, научился драться? Но, он умел. Парень подскочил к темным, и принялся раскидывать их, размахивая ногами и кулаками. Его успех был обусловлен внезапностью нападения — враги не ожидали, что люди-птицы могут дать отпор.

Как только темные поняли, что парень один, и обладает минимальной магией, они кинулись на него всем скопом. Вернее, только их часть, а остальные продолжали штурмовать пещеру.

Это случилось почти одновременно — Дин упал на землю, его облепили враги, а один из темных взмахнул хлыстом. Кнут пробил магическую защиту, и, обвившись вокруг талии Роены, выдернул ее из пещеры, и, подбросив, ударил о замшелый камень. Айша услышала хруст костей и жалобный вскрик бабушки (или, девушке показалось, что слышит). Еще, она увидела лицо жениха, с судорожно открытым в немом крике ртом, пытающегося отбиться от навалившихся на него чудищ…

Девушка ринулась обратно к скалам, взмыла над темной массой врагов, и вызвала магию, словно открыв горшочек с силой. Обычно, этот сосуд приоткрывался, выпуская столько магии, сколько нужно. Сейчас же крышку сорвало, и сияющая сила Небесных Крыльев хлынула в девушку, а затем из нее, словно гигантская волна, захлестнувшая и потопившая все вокруг. Ослепительный свет ударил по глазам Айши, и это, вместе с сотрясающей тело магией, причинило сильную жгучую боль.

Над Белыми скалами, лесом и битвой парила, раскинув крылья, огромная, сияющая, словно расплавленное золото, птица, вокруг которой лился смертоносный поток ослепительного света, сжигающий, уничтожающий все вокруг. Все живое и мертвое — земля, лес и даже камни — горело и плавилось.

Птица парила, и кричала от нестерпимой боли — громко и пронзительно. А из глаз ее лились слезы, мешающие видеть, застилающие свет, и искривляющие реальность.

Этим искаженным зрением Айша видела, как полыхают ее враги, как раскаленные капли попадают и на лежащую у камня бабушку, и на уже вскочившего на ноги Дина. Но контролировать силу, потушить пожар она не могла.

Юноша взглянул на небо, на сверкающую птицу, схватил Роену, и, с трудом двигаясь, шатаясь и спотыкаясь, понес ее в пещеру.

Айша почувствовала, как поток магии затихает, и превращается из волны в ручеек. Она опустилась на землю, и обернулась человеком. Врагов больше не было, не существовало и опасности тоже. С трудом, совершенно обессиленная, Айша двинулась к пещере. Слезы продолжали литься, застилая все вокруг красным туманом. Девушка попыталась их вытереть, и обнаружила, что испачкала руку — вместе со слезами из глаз текла кровь….

Айша собрала остатки сил, и починила защиту пещеры, в которой зияли бреши.

Из ее темных недр выбрался Дин.

— Ты цела? — спросил он, подхватывая девушку под руку.

Айша вздрогнула — голос любимого изменился, стал низким и хриплым, словно карканье вороны.

— Твои глаза! — каркнул Дин — Кровь!

Айша не ответила, просто оперлась, повисла на парне.

Из зарослей раздался стон.

— Посмотри! — произнесла девушка. Тоже не своим, хриплым голосом.

Дин раздвинул кусты, и увидел валяющегося на земле, покрытого ожогами темного. Юноша издал злобный рык, и поднял ногу, что бы добить, но Айша остановила его. Она наклонилась над умирающим, и спросила:

— Почему вы напали? Зачем убивали нас?

— Алиса велела… Королева Алиса…

Он не просил пощады, или помощи, не просил прощения и не высказывал сожаления — просто корчился от боли, злобно зыркая на Айшу.

А она пыталась поймать ускользающую мысль… Алиса… Недобрый тяжелый взгляд…

— Герцогиня Венсан? — спросила девушка.

— Да! — просипел темный — В этом мире ее так называют.

— Почему? Что мы ей сделали?

— Не почему! — злобно ухмыльнулся умирающий — Просто так!

Он захрипел, бросил последний злобный взгляд, и издох.

— Пойдем! — произнес Дин — Надо глянуть, что у тебя с глазами!

— А ты? Сильно пострадал? — спросила девушка, ощупывая тело юноши.

— Со мной все нормально, не волнуйся, милая! — ответил Дин — Царапины только, и незначительные слабые ожоги!

— Как бабушка? — опять спросила Айша, уцепившись за парня. Он и сам еле ходил, и пара побрела к пещере, поддерживая друг друга.

— Как Роена? — повторила вопрос девушка.

Дин ответил, когда они вошли в пещеру.

— Хранительницы больше нет…

— Ох! — вскрикнула девушка.

Держась за Дина, она видела нормально. Глаза же открыть не могла — их нестерпимо жгло. И она увидела то же, что и парень — лежащее тело в белой обгорелой тунике, над которым рыдала Мина. Роена казалась очень маленькой, хрупкой, и очень жалкой.

— Бабушка! — вскрикнула Айша, и упала на колени возле покойной Хранительницы Племени — Бабуля!

— Госпожа! — вторила ей, подвывая, служанка.

— Она погибла не от твоей магии! — тихо произнес Дин — Шея сломана. Мгновенная смерть.

И добавил:

— Айша, любимая, тебе нужно полечить глаза! Ослепнешь!

А затем, обратился к Мине:

— Принеси воды, мази, и чистых тряпок!

Всхлипывая, служанка пошла в глубь пещеры, а Айша услышала еще плач. Рыдали сразу несколько женщин.

— Мои родители здесь? — спросила девушка, и, еще не дождавшись опровержения, поняла, что их нет — они бы подошли к телу Роены, и уж всяко кинулись бы к ней, к Айше…

— Мама! Отец! — все равно крикнула она, понимая, что ответа не будет.

И услышала женский голос:

— Вождь племени задержал этих чертей, что бы мы могли улететь. А твоя мама осталась с мужем, не бросила, не ушла с нами!

Айша села на пол, прислонилась спиной к стене, и опять заплакала, размазывая по щекам кровавые, жгучие слезы…

Ее тормошил Дин, прося открыть глаза.

— Дин! — прорыдала девушка — Их нет! Моих родителей нет! И бабушки!

— Моих тоже нет! — тихо ответил юноша— Но, я верю что они улетели. Нет сюда, а в глубь леса.

— Да, так может быть! — с надеждой произнесла Айша.

— Открой глазки! — нежно произнес юноша, и девушка послушно, хотя и с трудом, разлепила ресницы. При этом, ее рука лежала на плече Дина, поэтому она и увидела. Парень сразу отодвинулся, но Айша увидела. Свои наполненные запекшейся кровью глаза.

Каждое движение юноши, промывавшего их, отзывалось сильной болью. И Айша вскрикивала, а Дин приговаривал:

— Потерпи, малышка! Сейчас станет легче!

После того, как на глаза наложили мазь, и повязали повязку, действительно, боль отступила. Девушка прислушалась к разговорам и причитаниям в глубине пещеры. И подумала — раз отца нет, Главой племени стала она, Айша.

— Сколько в пещере человек? — спросила она юношу. Но услышала не его, а женский голос.

— Двенадцать нас! — всхлипывая, произнесла женщина, которую Айша опознала по голосу, как Киру.

— Двенадцать из почти тысячи! — ахнула девушка.

Кира повторила фразу Дина:

— Возможно, не все погибли! Некоторым удалось улететь в глубь леса!

— Раненые? — опять спросила девушка.

— Среди нас нет!

— Расскажи, как все было! — велела Айша.

— Мы собрались на поляне, — начала женщина — потому что ждали вас — с покупками и впечатлениями.