Что произошло? Что за кошмар ей приснился?
Чжу Янь села на кровати, растерянно озираясь и стараясь прийти в себя. Она увидела вспышку света над головой, а когда подняла взгляд, то поняла, что это была Нефритовая Кость, которую она перед сном положила на туалетный столик.
Древняя реликвия кружила в воздухе вокруг ее кровати, испуская мерцающий свет. Та молния из сна, это ведь была она? Это она выдернула Чжу Янь из когтей кошмара? Что же происходит? Точно ли это был сон?
Слишком необычно для простого кошмара.
Чжу Янь тяжело дышала, обливаясь холодным потом. Беспокойство не отпускало. Что случилось с Сумо? Прошло уже несколько месяцев, как Щеночек пропал. За эти несколько месяцев она и сама несколько раз оказывалась между жизнью и смертью, у нее не было времени позаботиться даже о себе, не то что организовать полноценные поиски ребенка.
Неужели этот сон – зловещее предзнаменование? Если со Щеночком случилась беда, то…
Нефритовая Кость продолжала пульсировать на ее ладони, обжигая сердце томительным беспокойством.
Глава 7 Бесконечный ночной кошмар
Глава 7
Бесконечный ночной кошмар
Когда Нефритовая Кость неожиданно упала с небес, молнией пронзая иллюзию, трое старейшин, склонившиеся у древнего колодца, одновременно попятились назад, сплевывая алую кровь!
– Скверно. Неужели заклинание разрушено? – Старейшина Цюань сейчас меньше всего беспокоился о своих ранах. Он тотчас приблизился к колодцу, с трудом перегнулся через край и посмотрел вниз. Прозрачная вода помутнела и стала кроваво-красной!
К счастью, ребенок по-прежнему, свернувшись, словно зародыш, покачивался на волнах. Он яростно дергался, но не открывал глаза. Парчовый мешочек на его шее излучал свет, держа в плену его душу. Печать, выгравированная по кругу колодца, не давала ребенку покинуть мир грез.
– Еще не все потеряно… – с облегчением выдохнул старейшина Цюань. – Техника «Забвения» пока не разрушена.
Двое старейшин продолжали кашлять, пытаясь подняться.
– Что… что только что произошло? Неужели кто-то смог войти в иллюзию, сломав наше заклинание «Забвения»?
– Верно, это та девушка, – кивнул старейшина Цюань.
– Что? – одновременно воскликнули старейшины Цин и Цзянь. – Та кунсанская княжна?
Старейшина Цюань поспешно поднял указательный палец, бросив взгляд на Сумо. Двое других старейшин тут же замолчали, а затем продолжили, понизив голос:
– Она… как она могла там оказаться? Эта маленькая кунсанская княжна ведь не может знать, что ребенок в наших руках.
– Должно быть, ее земная душа слишком активна, поэтому, когда княжна уснула, душа носилась по ветру и попала в нашу иллюзию, преодолев незримые барьеры, – прошептал старейшина Цюань, вздыхая. – Это воля небес… Возможно, днем эта душа страстно желала отыскать ребенка, поэтому пришла сюда во сне.
Двое других старейшин замолчали. Прошло время, прежде чем старейшина Цзянь сказал:
– Хм, несомненно, она очень заботится об этом ребенке.
– Но, чтобы взломать технику «Забвения», требуется огромная духовная сила, – недоверчиво пробормотал старейшина Цин. – Она еще так молода и наверняка совершенствуется не больше десяти лет, как же она сумела…
Старейшина Цюань холодно усмехнулся:
– Разве ты не знаешь, что она единственная ученица Верховного жреца горы Цзюи?
Старейшины Цин и Цзянь ошеломленно выдохнули и замолчали.
Многие годы Ши Ин, Верховный жрец храма предков горы Цзюи, неустанно разматывал нить тайны воскрешения Морского царя. Несколько раз он подбирался очень близко. Эта тесная связь между маленькой княжной и Сумо опасна. Если Ши Ин узнает о существовании ребенка, самая большая тайна Морского царства будет раскрыта!
– Люди Кунсана в одном шаге от разгадки нашей тайны! – обеспокоенно прошептал старейшина Цюань. – Мы должны немедленно закончить начатое. Если Ши Ин обо всем узнает, Морскому царю грозит большая опасность!
– Верно, – кивнули два других старейшины и тоже вернулись к колодцу.
– Где сейчас ребенок? Что ему снится? – прошептал старейшина Цюань и шевельнул пальцами.
Печать, оплетающая колодец, ярко засияла и словно шаровая молния нырнула в колодец, осветив воду. Заклинание окружило худого ребенка, и поверхность воды снова успокоилась. Легкая рябь, серебряные блики луны… вода отразила новую иллюзию.
Вглядываться в глубину колодца – все равно что смотреть сквозь окно на другой мир. В спокойной воде отразилась столица Целань. Картинка была реалистичной, и все казалось настоящим. Сумо только что вышел из Зеркального озера, он был измучен, с кончиков волос капала вода. Маленький ребенок босиком стоял в центре оживленной улицы, одинокий и растерянный.
Даже в мире грез он все еще искал свою сестрицу. Этот ребенок не сдавался никогда.
– Имейте в виду, кровь Морского царя очень сильна, даже самая сильная техника вряд ли сможет полностью запечатать память ребенка, – вздохнул старейшина Цюань, глядя на Сумо на дне колодца. – Единственный выход – это добровольное забвение, он должен сам покончить со своими воспоминаниями. Оборвать их изнутри.
– Добровольно? – горько усмехнулся старейшина Цин. – Этот ребенок безгранично упрям, разве он может пойти на такое добровольно?
– Всегда есть решение, – тихо сказал старейшина Цюань, неотрывно следя за ребенком в иллюзорном мире. – Где в последний раз Сумо встречался с этой кунсанской княжной в реальном мире?
– В деревне Потрошителей драконов, – ответили двое других старейшин. – Если верить лекарю Шэнь Ту, княжна клана Чи помогала ему с операцией, когда он удалил из тела Сумо паразитического близнеца. После этого кунсанская княжна тут же отправилась на поле битвы, а лекарь Шэнь Ту отнес ребенка в главный лагерь Армии Возрождения в Зеркальном озере. Больше они не виделись.
– Хм, значит, последнее воспоминание ребенка о кунсанской княжне должно быть очень болезненным? – пробормотал старейшина Цюань, и в его глазах заплясали радостные огоньки. – Отлично… нам просто нужно углубить эту боль. Это может стать идеальным началом.
– Идеальным началом? – Двое других старейшин были обескуражены.
– Мы должны разбить сердце этого ребенка, зародить в его подсознании мысль, которая бы разрушила привязанность Сумо к этой кунсанской девушке. Мы должны убрать ее образ из сердца этого ребенка. – Старейшина Цюань сплел руки, и из кончиков его пальцев начал изливаться слабый свет. – Мы должны углубить его воспоминания об этой сестрице, он должен помнить, какую боль она ему причинила.
– Приступим… Начиная с этого момента его память будет переплетена с нашими.
– Мы обязаны вернуть сердце Морского царя его народу!
Сумо не знал, как долго он плыл от древнего колодца на Западном рынке Лиственного города до столицы Целань. Весь путь он проделал словно в тумане и помнил лишь темно-синюю воду, сквозь которую даже было сложно различить, день на поверхности или ночь. И только когда величественный город посередине Зеркального озера показался над головой, выбившийся из сил Сумо всплыл на поверхность.
Его глазам предстала прекрасная и величественная процессия. Впереди в блестящих латах скакали гвардейцы, расчищая дорогу для бесконечной вереницы повозок.
– Кто это так быстро скачет по императорской дороге?
– Это единственная дочь князя Чи. Сегодня, следуя за своим отцом, она входит во дворец, чтобы встретиться с императором и обсудить предстоящий брак. Император проявил благосклонность и разрешил ей въехать в столицу на лошадях. Вот это зрелище!
– Впечатляюще! Это впечатляюще! Жених и невеста высокого положения. Воистину царственный брак!
Услышав перешептывание зевак на берегу, ребенок вздрогнул. В голову пришли слова, которые он услышал в Лиственном городе:
Служанки в резиденции клана Чи и тетя Жуи говорили одно и то же, распространяя мерзкие слухи. Они были убеждены в своих словах, но Сумо в них не верил. Тогда он сказал сам себе, что ни за что не поверит, если не увидит все собственными глазами и не услышит собственными ушами!
И вот теперь он наконец все увидел.
Выйдя из воды, Сумо, пошатываясь, протиснулся сквозь толпу. Прямо перед его носом пронеслась золотая повозка. Ветер приподнял расшитые золотом занавески, и из-за них показалась прекрасная девушка, одетая в роскошные одежды.
Убывающая луна все еще висела на небосводе, предрассветный свет озарял лицо княжны клана Чи. Она была так красива, что казалась нереальной.
Это она! Это действительно она!
– Сестрица! – не сдержал крика Сумо. – Сестрица! Я здесь!
Он кричал изо всех сил, но его слабый голос заглушали радостные возгласы толпы. Конечно, процессию не остановил его отчаянный крик. Но ребенок не мог с этим смириться. Спотыкаясь, он бежал следом, стремясь догнать шикарную повозку, в которой ехала Чжу Янь.