— Нет, Рэйчел. Не как раньше. Сегодня я договорился пойти на матч с Купером, так что не смогу уделить тебе особо много внимания — пройдемся до моего дома и сделаем вид, что ничего не произошло, договорились? Не более этого.

И Рэйчел согласно кивнула, потому как в душе похороненная надежда вспорхнула целым роем оживших от спячки бабочек. Казалось бы, всего миля, за которую нужно успеть сказать так много и подумать обо всем, на что не хватило бесконечно долгого месяца; а иногда эта самая дорога может растянуться в несуществующем пространстве, чтобы несчастные успели и помолчать о чем-то и выразить скопившийся в душе сор всеми возможными способами, начиная с жестов и заканчивая простым ритмом шлепающих по влажному асфальту сапог. Пожалуй, Рэйчел навсегда могла бы запомнить суматоху в своей голове: когда одна мысль сталкивалась с другой, и девочка металась в попытках найти самую важную, которая должна была успеть прозвучать в течение пути во всего одну несносную милю, ведь этого так мало и вместе с тем более, чем предостаточно.

Робертсон сделала глубокий вдох, так, что легкие едва не содрогнулись в прерывистом кашле, и посмотрела еще раз на парня, пытаясь разглядеть в его действиях пусть даже ничтожный намек, но тот был полностью увлечен поглощением мороженого. И хоть сама девочка по его глазам видела, как зубы сводит колючим холодом от каждого укуса, почему-то последовала этому примеру и тоже распечатала свой фруктовый лед, делая спешный укус. Рот так и жгло, но неприятная боль отдавала ярким привкусом спелого банана и замороженной в кристаллы карамели.

— Кстати, довольно странный ты сделала выбор, — начал вдруг Джек, пытаясь разрушить атмосферу недоверия и тяжести неуверенности. Девочка удивленно хмыкнула и подняла на него недоумевающие лучисто-зеленые в свете полумертвого зимнего солнца глаза. — Я имею в виду твое угощение; между прочим, мне досталось клубничное с жилками сладкого персика, но кажется, в мой лед подмешали немного вафель. Нет, действительно — ты могла принести все, что угодно. Сладкие лепешки из кофейни за углом школы, которые бы за пару лишних центов полили огненными струями меда или растопленного шоколада, пряный кофе с ароматом корицы в толстых пластиковых стаканчиках или пара круассанов с нежнейшим сливочным кремом внутри… И все же ты выбрала мороженое — настоящий лед в самом разгаре декабря. Когда обыкновенные люди утешают себя теплым какао под мягким пледом и долгими объятиями, мы идем по улице и едим мороженое, как будто нам вовсе не холодно и нечего скрывать друг от друга. Так, будто все и вправду стало как прежде.