Светлый фон

Но никто не сдвинулся с места.

— И вы, зачем вы пришли сюда сегодня? Проводить мою дочь в последний путь, поглазеть на чужое горе, чтобы потом легче и проще относиться к собственным маленьким неудачам, да? Или вам действительно не все равно? Я не прошу вас молиться на ночь за ее душу, не требую каждый день приходить сюда и класть на могилу цветы или подарки — нет, это лишнее, уж поверьте. Сделайте кое-что, но не для меня, а для себя самих. Посмотрите на жизнь с другой стороны. Сядьте поудобнее за стол, налейте горячего чаю и запишите все то, что вас не устраивает на отдельный листок бумаги. После этого измените себя. Немедленно, не откладывая это на завтра или какой другой день. Вы тут же почувствуете себя лучше — главное правильно распорядиться подаренным вам временем. А это порой бывает очень сложно, — миссис Робертсон тяжело вздохнула и продолжила, чуть прикрыв глаза. Мы ведь всегда совершаем ошибки, но признаем их, когда изменить ситуацию уже не в наших силах. Живите. Творите, создавайте удивительные вещи. Любите окружающих вас людей. Это единственное, что требуется, чтобы быть по-настоящему счастливыми.

Наконец, она в последний раз вцепилась взглядом в покойницу, словно не желая отпускать ее, и обвела глазами толпу. Кто отвернулся, не сумев вынести долгого зрительно контакта, кто, наоборот, согласно кивнул и склонил голову в знак уважения и принятия сказанной истины, но, когда Джанетт посмотрела на мужа, что-то в ней надорвалось. Словно какая-то ниточка, прежде удерживающая ее от грандиозного падения, треснула и разорвалась с характерным хрустом, из-за чего теперь женщина упала в огромную грязную лужу. Она поднесла руку к губам и полу-шепетом сказала, обращаясь только к Элиоту, но зная, что каждый из присутствующих слышит эти слова:

— Рэйчел всегда хотела побывать в Париже. Помнишь, я… почти согласилась поехать, но потом она заболела. Это была легкая простуда, и она убеждала меня, что с ней все хорошо, а я… Мы так и не съездили, Элиот…

Мистер Робертсон подскочил к истерично вздрогивающей женщине и осторожно увел в сторону, придерживая за плечи и что-то быстро говоря ей на ухо. Джек попытался отвести от ушедших взгляд.

Тебе не понять, что они чувствуют, — послышалось в прояснившейся голове, — поэтому не суди их за несдержанность. Они подавлены. Главное для тебя — перебороть собственные эмоции и спокойно попрощаться с девочкой, не сделав какую-нибудь непростительную глупость. Сконцентрируйся на этом, Джеки, и перестань пялиться в ту сторону.

Тебе не понять, что они чувствуют