— Серёж, — осела я на стул, — я тебе очень благодарна, но… — Говорить это ему было куда труднее чем Роману. — Я не смогу. Я же… Ну ты же понимаешь…

— Что понимаю? Что скоро Мирон Сергеевич начнёт говорить и, о чудо, называть меня папой?

— Нет, он не будет! — почти выкрикнула я.

— А почему бы и нет, Слав? Пацан будет расти в нормальной полной семье, что плохого? Или просто я для тебя рожей не вышел?

— Не в тебе дело! Ты же понимаешь, что я тебе очень благодарна, мы с Мироном благодарны, и всё такое, но…

Сергей рассмеялся, но перебивать не стал, лишь с неприкрытой иронией уставился на меня, мол, говори-говори. Я осеклась, понимая, что говорю совсем не то, что хочу сказать.

— Просто я должна его дождаться.

— Кого Слав? Кого? Нет, я искренне тебе сочувствую, поверь, но всему же есть предел! Ты же там была. Ты же своими глазами видела то место, все эти ходы и переходы. Ну? Почти два года прошло. Кого ты ждёшь?

Я опустила взгляд. Сердце молотилось глухо и болезненно.

— Ну и что. Он уже однажды погибал. Все думали, что он мёртв. Всё! Даже моя мама. А он вернулся!

— Это другое, Слав.

— Нет, тоже самое!

— Нет другое. Там его взяли в плен, значит, шанс был. А здесь нету! И поэтому тебе надо просто жить дальше. Думаешь, Гордеев сам хотел бы чтобы ты всю жизнь ждала его у окошка? Очень сильно сомневаюсь. Скорее даже наоборот.

Я вздохнула.

— Лучше бы он не хотел бросать меня. Но он всегда знал, что когда-нибудь у меня будет всё, но без него. Он с самого начала собирался меня оставить, а значит, сейчас вполне может просто жить где-то… без меня. Но когда-нибудь всё равно вернётся, и тогда…

Сергей кивнул и поднялся.

— Ладно. Жди. Только я так больше не могу, Слав. Мне жить хочется, и я, между прочим, не деревянный, и с каждым днём всё сильнее привязываюсь к Мирону. И мне действительно кажется, у нас могла бы выйти хорошая стабильная семья.

— Семья без любви? — слабо парировала я. — Сомневаюсь, что так возможно. К тому же, у тебя же вроде была девушка?

— Была, ага. Целых четыре за последние полтора года. Но почему-то ни одна не захотела мириться с моей подружкой с грудным дитём, к которой я мчу по первому звонку в любое время суток.

Я прибито опустила голову. Боже, я ведь об этом даже не подумала…