— Простите, — обратилась я к прохожей, но она лишь улыбнулась и молча прошла мимо.

Я уклонилась от велосипеда, только чтобы заставить мопед резко отвернуть в сторону. Я крутилась на месте, пытаясь понять, куда мне идти. Меня окружали магазины, офисные здания и автомобили, между которыми сновали велосипеды. Хирацука не была маленьким сонным пригородом, напротив, она процветала и бурлила.

Мой телефон никак не мог определить мое местоположение. Одно активное деление на индикаторе приема связи. Я подошла к магазинчику и заглянула за кассу. Там сидел старик: перед ним был маленький телевизор, он ел. Заметив меня, он улыбнулся.

— Здравствуйте, — сказала я. — Монастырь в той стороне? — я указала вдоль улицы. — Монахи? Брат Дайган?

Он наморщил нос и перестал улыбаться. Я повторила вопрос, сдалась и пошла в том направлении, которое указывала сама.

Чем дольше я шла, тем дальше друг от друга стояли здания. Кубические, прижатые друг к другу офисные здания сменялись скромными, стоящими по отдельности частными домами, многие из которых были брошены. У некоторых обвалилась крыша или не было окон или дверей. Я как-то читала, что в Японии пустовало более восьми миллионов жилищ, в силу того что Япония была стареющей нацией с вымирающим населением, но увидеть это своими глазами было жутковато. В лучах заходящего солнца настоящий город-призрак выглядел зловещим. Я пошла быстрее, боясь, что найду монастырь закрытым. Это если я его найду.

Наоко говорила, что идти было недолго, но я уже прошла довольно длинный путь. Я поспрашивала еще людей, но не смогла их понять. Один показывал налево, другой направо. Я поблагодарила их поклонами и продолжила идти в прежнем направлении.

Дорогу впереди пересекал высокий забор.

Сердце подпрыгнуло, когда я увидела, что это был бамбуковый забор.

Мне и в голову не приходило, что родильный дом мог еще стоять в том же месте.

Перейдя дорогу, я заглянула между планками забора, но увидела за ним лишь густой кустарник. На ум пришли слова из рассказа Наоко: «Дитя, ты уже на той стороне».

Она хотела выбраться оттуда, а я, почти спустя пятьдесят лет, отчаянно хотела туда попасть. Вскоре я увидела вход, но его венчала не запертая калитка, а простая арка. Я прошла в нее, осторожно ступая по неровным камням, мостившим дорожку. Позднее солнце золотило полог из листьев, отбрасывая причудливые тени, которые сразу же поглотили улицу за моей спиной. Птицы звонко предупреждали о моем неожиданном появлении.

Впереди и по бокам стоял густой лес. Я повернулась, подумывая вернуться, как меня кто-то окликнул по-японски. Я явно забралась туда, где мне быть не следовало.